- Сожрут тебя в аду эти собаки, — закричала толстая старуха, закрывая за собой большую деревянную дверь старой католической церкви по другую сторону площади.
- Совсем спятила, — заорал в ответ Виктор Джулио, вытирая свой нос рукавом рубашки. — Я думаю, из тебя в будущем мы приготовим хороший корм для собачек.
- Я насчитал семнадцать, — пожаловался Октавио, распрямляя заболевшую спину. — Судьба дохлых псов оттягивает мои плечи.
- Что ж, взвалим на них еще одну, — сказал Виктор Джулио. Зловещая улыбка скривила его лицо. — Здесь есть одна собака, которой не суждено найти смерть на улице.
- Что ты хочешь сказать? — спросил Октавио и развернул вокруг головы свою красную бейсбольную кепку, озадаченно вглядываясь в его лицо.
Глаза Виктора Джулио сузились, его зрачки заблестели злыми огоньками. Его худое старое тело дрожало от ожидания.
- Я сильно нервничаю. Сейчас я убью черного Германа, пастушью собаку лавочника Лебанесы.
- Ты не сделаешь этого, — запротестовал Октавио. — Это не бродячая собака. Она не больна. Ее хорошо кормят. Мэр говорил только о бездомных и больных собаках.
Виктор Джулио громко выругался и зло посмотрел на своего помощника. Он не сомневался, что это был его последний шанс воспользоваться ядом. Если не Октавио, так кто-тодругой будет ведать уничтожением собак к концу текущего сезона. Он понимал, почему молодой человек не хочет причинять кому-то неприятности, но это же не его забота. Он жаждал смерти собаки Лебанесы с тех пор, как она покусала его. Это был последний шанс.
- Этого пса обучали для травли, — сказал Виктор Джулио.
- Каждый раз, вырвавшись, он кусает кого-то. Он искусал меня несколько месяцев тому назад. — Старик оголил свою израненную ногу. — Посмотри на шрам! — сердито ворчал он, растирая лиловое узловатое место на своей икре. — Лебанеса даже не побеспокоился отвести меня к доктору. Не знаю, кто из них бешеный, собака или ее хозяин.
- Все равно, тыне убьешь собаку, — настаивал Октавио. — Этот пес не уличный. У него есть владелец. — Он умоляюще посмотрел на старика. — Ты только напросишься на неприятность.
- Кого это волнует, — воинственно огрызнулся Виктор Джулио. — Я ненавижу это животное, и у меня не будет другой возможности убить его. — Он бросил свой мешок на плечо. — Пошли, идем же.
Октавио неохотно последовал за стариком. По узкому переулку они вышли на окраину города и остановились перед большим зеленым домом.
- Собака должна быть за домом, — сказал Виктор Джулио.
- Посмотрим.
