- Это требует долгих лет практики, — сказал старик. — Надо развивать свой большой палец, оттягивая его назад, пока он не коснется запястья. Л ты должен двигать рукой очень быстро, чтобы трость не имела времени упасть на землю.
Октавио вернул ему трость.
- Давай лучше поймаем этих собак! — воскликнул он, удивленный внезапным появлением утреннего зарева и красочных пятен, возникших на восточном небе.
- Виктор Джулио, подожди меня, — закричал позади них ребенок.
Босиком, с черными спутанными волосами, завязанными на затылке, шестилетняя девочка быстро догоняла мужчин.
- Посмотри, какую игрушку подарила мне тетя, — сказала она, позволив старику посмотреть на щенка, отцом которого был только что отравленный Герман. — Я назвала ее Бабочкой. Она очень похожа на Бабочку, правда?
Виктор Джулио сел на бордюр. Маленькая девочка устроилась рядом с ним и положила прелестного пухлого щенка ему на колени. В смятении он пробежал пальцами вдоль его черной и бледно-желтой шкурки.
- Покажи Бабочке, как ты заставляешь танцевать свою палку, — попросил ребенок.
Виктор Джулио опустил собаку на землю и вытащил из кармана бутылку рома. Не переводя дыхания, он полностью осушил ее и бросил обратно в мешок. Старик с тоской оглядел радостное лицо ребенка. «Скоро она вырастет», — подумал он. Она не долго будет сидеть с ним под деревьями на площади и помогать ему наполнять мусорные баки тряпьем и хламом, веруя в то, что ночью все это превратится в золото. Он задумался, будет ли она тоже кричать на него и издеваться над ним, как это делает большинство повзрослевших детей. Он сильно зажмурился. «Пусть смотрит, если только палочке захочется танцевать», — прошептал он и встал, растирая свои скрипучие колени.
Словно околдованные, Октавио и ребенок уставились на трость. Казалось, что она танцевала сама по себе, оживляемая не только быстрым и изящным движением рук Виктора Джу лио, но также и ритмичным топотом его ног, его хриплым и все же мелодичным голосом, которым он пел детские стишки.
Октавио опустил бак и сел на него, восхищаясь мастерством старика. Виктор Джулио остановился на полуслове. Его трость упала на землю. С удивлением и ужасом он смотрел на щенка, лакавшего сок отравленного мяса, который тихо сочился из бака.
Девочка подняла трость, погладила прекрасно вырезанный набалдашник и подала ее Виктору Джулио.
- Я никогда не видела, чтобы ты ронял ее, — заметила она с беспокойством. — Палочка устала?
Виктор Джулио положил дрожащую руку на ее головку и нежно пригладил ей челку.
