С высоты пятисот ярдов Дымная Даль кажется гладкой, словно зеркало. Можно найти взглядом крохотное отражение шхуны, скользящее по синеве. Редкие облака проплывают за бортом — совсем близко, вытяни руку и коснись небесной ваты. На мачтах нет парусов: они только мешали бы, поскольку судно идет быстрее ветра. Облака отстают и пропадают за кормой. Шхуна сбросила оковы стихий, отвергла власть воды и воздуха, и мчится вперед, послушная лишь Перчатке на мальчишеской руке.
— Поговорите со мной, сударь.
Натаниэль уже набрался опыта. Вначале напрягал все силы, чтобы держать шхуну в равновесии. Теперь, по прошествии дней, ведет ее с мастерской небрежностью, глазеет на птиц, шутит с моряками. Минерва больше не боится отвлечь его.
— Меня терзает любопытство. Расскажите о Пауле. И о хаосе, и о Темном Идо.
— Ваше величество, сейчас не время. Есть более насущные вопросы…
Мира смеется:
— Я смотрю за борт и вижу облака ниже нашего киля! Как можно в такой обстановке думать о чем-то насущном? Нет уж, только о неземных существах.
Нави кривится:
— Пауль…
— Я много вспоминала нашу прошлую беседу. Некоторые вещи кажутся странными. Вы заморочили меня терминологией, но я пробралась сквозь чащу непонятных слов и, кажется, достигла сути. Вы с Паулем — в одной лодке, не так ли?
— Вы меня обижаете! Он хочет уничтожить мир, а я — спасти.
— Но ваши истории очень похожи. Пауль не по своей воле попал в наш мир и сразу стал фишкой в игре лордов. Шейланды пытали его, превратили в зверя и спустили с цепи. Он служит хозяину, но также преследует свои цели: убить вас и разрушить мир.
— В чем же это похоже на меня?
— Во всем! Вы тоже прибыли не по своей воле. Тоже сидели взаперти — только не в темнице, а в клинике. Попали на службу к лорду — ко мне. Тоже хотите убить Пауля. Оба испытываете жажду: он — крови, а вы — чисел. Наконец, вы тоже имеете великую цель: спасти подлунный мир. Вы — отражения друг друга.
Корабль качается, выдавая дрожь в пальцах Нави. Мира трогает его плечо:
— Я не хочу обидеть, лишь пытаюсь понять. Вы — не демон. Да, в ваших жилах первокровь, вы вечно молоды и гениальны в своем деле. Но у вас слишком много человеческих черт. Я вижу, когда вы пугаетесь или падаете от усталости, или стонете от напряженья. Вы бог и человек в одном лице. И хочу узнать: Пауль — такой же?
— Он — темный, а я — светлый.
— Это слишком абстрактно. Скажите понятными словами: кто он для вас? Друг?.. Брат?..
Нави медлит с ответом. В туманной дымке горизонта проступает зелень: берег Нортвуда, покрытый лесами.
— Сослуживец и друг, — говорит Натаниэль. — Когда-то мы состояли в одной команде.
— Вы штурман, а он?..
— Морской пехотинец.
— Пауль — бог, как и вы?
— Он встал на сторону Темного Идо. Теперь он — слуга хаоса.
— Абстракция, сударь. Ответьте проще: за что вы его ненавидите?
— Не ненавижу. Жалею.
— А за что он ненавидит вас?
Шхуна качается сильнее. Верхушка фок-мачты рвет облако в клочья.
— Я… бросил его.
— Намеренно?
— Я думал, он погиб, а он выжил и попал в беду. Я мог и должен был его спасти, но не знал.
— Сможете объяснить ему это?
— Уже не важны объяснения. Он стал чудовищем, этого не исправишь. И Абсолют уже собран, этого тоже не изменить. Что бы я ни говорил, Пауль либо умрет, либо уничтожит мир.
Повисает пауза. Ветер свистит в ушах, треплет волосы. Мира плотнее застегивает манто. Капитан Шаттэрхенд подходит проверить, надежна ли страховка на императрице. Каждый человек на палубе должен быть обвязан страховочной веревкой, ее величество — не исключение. Подтягивая узел, гвардеец не упускает случая потрогать ее талию.
— Вы проверяли меня трижды за последний час…
— Владычица, бдительность — залог безопасности!
Отогнав Шаттэрхенда, Мира говорит:
— Итак, Пауль — нечто вроде бешеного пса. Он должен погибнуть потому, что несет угрозу.
— Мне очень жаль.
— Не разделяю ваши чувства. Пауль заслужил быть убитым сотню раз.
— Суметь бы хоть один…
Мира хмурится:
— И вот этого я тоже не понимаю. В чем трудность? Вы сказали, что когда-то считали его мертвым. Значит, Пауль может погибнуть, верно?
Нави слегка шевелит пальцем, нащупывая потоки воздуха. Шхуна чуток меняет курс, становится точно по ветру, и качка сразу утихает. Берег Нортвуда рисуется все четче. Синее зеркало озера отходит назад, уступая место зеленому морю лесов.
— У Пауля есть защитный Предмет. Верней, не Предмет даже, а просто запас одной субстанции, она называется Вечность. Эта субстанция меняет ход времени. С ее помощью можно в тысячи раз замедлить любой процесс. Например, в тебя летит стрела — касается Вечности и замирает в воздухе. То есть, продолжает лететь, но так медленно, что даже за день не достигнет цели. Понимаете, владычица?..
Мира смотрит на птиц за бортом. Они резво машут крыльями, но висят на месте, и даже понемногу отстают от корабля.
— Вполне.
