— Так что, расскажете про Литленд?
— Не путайте барышню, барон. Сами видите: она из Фейриса плывет.
Третью грань стола занимал кайр — капитан Мердок. Он командовал ориджинским фортом — вон той гранитной дурой на берегу залива. Мердок служил здесь чертову уйму лет и ровно столько же был знаком с бароном. Подружились давным давно — потому что, ну а как иначе? Вот замок Исмаила, а рядом, в полете стрелы, крепость Мердока. Хоть каждый день лупи из бойниц. Если не подружиться, черте-что выйдет, а не жизнь. Однако сын барона служил в имперском войске, а Мердок служил Ориджинам, которые свергли Адриана. А еще, барон был закатником, а Мердок — северным волком, нетопырем и мерзлой задницей. Оба считали долгом скрывать свою дружбу ото всех посторонних.
— Вы забываетесь, кайр. Я спросил даму, а не вас. И вы у меня в гостях, так уж извольте!
— Могу и уйти, невелика беда.
Девушка воскликнула:
— Милорды, умоляю вас, не нужно! Я не прощу себе, если стану причиною ссоры. Тем более, что вы оба правы: я плыву из Фейриса, но родилась в Леонгарде, от которого до Литленда — рукой подать. Зашла в вашу приветливую бухту с надеждою пополнить припасы. А также выгулять собачку — она ужасно засиделась на судне!
«Собачка» звучно подышала, обнажив блестящие клыки, и указала носом на дверь. Вышла гулять — так и гуляй, нечего застольничать.
— Я буду рад помочь вам, — сказал Мердок. — А барон — человек угрюмый, его лучше не трогать лишний раз.
Исмаил фыркнул:
— Как вы ей поможете, кайр? Вам самим не хватает припасов, у меня покупаете. Ей продадите с наваром? Ай да рыцарь!
Лицо девушки озарилось улыбкой:
— Господа, не нужно споров! Я куплю много и заплачу сполна. В моей жизни наметилось такое событие, что не к лицу торговаться. Мне предстоит свадьба!
— Поздравляю, миледи! Пусть Софья обнимет, а Мириам поцелует.
— Я тоже поздравляю. И кто жених?
— Исмаил, опять грубите! Нельзя спрашивать такое у девицы. Захочет — сама скажет.
Девушка погладила собаку по холке:
— Спасибо за поздравления, господа. Мой любимый — благородный, мужественный, честный человек. Великое счастье — стать его невестой.
— Ну, это да, — согласился барон. — Если он весь такой, то тогда конечно. Кстати, а вы не слыхали: не женился ли в последнее время кто-то из имперских генералов?
— Тьфу, ну какое вам дело? — буркнул Мердок.
— Да такое, что каждому генералу надо жениться рано или поздно.
— Простите, — развела руками барышня, — я ничего не знаю о генеральских свадьбах. Зато моя, надеюсь, пройдет на славу! Приглашено множество гостей: только с моей стороны триста человек, а от любимого — еще больше.
— И это они с вами?.. — Барон указал на корабль.
— Да! — Она всплеснула в ладоши. — Я плыву вместе с гостями на собственную свадьбу! Прекрасно, правда?
— Ну, если так, то да… А куда плывете?
— Не все ли вам равно? — вмешался Мердок. — Куда нужно, туда и плывет.
Барон насупил брови:
— Хочу — и спрашиваю. А вы мне того… не это!
— Простите, господа, я ужасно суеверна. У нас в Надежде принято верить приметам. Боюсь говорить о свадьбе, чтобы счастье не отпугнуть.
Барон кивнул с одобрением: болтать почем зря — только судьбу пугать.
— Это да, тут вы правы. Но я что хочу сказать: вы же идете на север. А слыхали, что там творится? Как бы ваша свадьба не того…
Она схватилась за сердце:
— Ой! Что произошло?!
— Ну этот же, Избранный. С ним еще эти и те, да еще монахи… Целая чертова толпа.
— Дрянное дело, — согласился кайр.
Закатнику Дейви и северянину Мердоку полагалось по-разному смотреть на эту войну. Два закатных полка служили под знаменами Избранного. Многие говорили: Избранный летал на Звезду и вернулся, Избранный лично знает Павшую, она его поцеловала в чело! Барону следовало полюбить этого типа… но как-то нет, не выходило.
Девушка издала вздох облегчения:
— Ах, да, я слыхала про поход Виттора Шейланда. Моя свадьба, к счастью, пройдет в городе, далеком от мест сражений.
Барон и кайр переглянулись. Обоим стало приятно: барышня назвала подлеца не Избранным, а просто Шейландом, даже без графа. Кайр высказал еще одно:
— Миледи, там дело не только в Шейланде. Изволите видеть, воскресший тиран объединился с Лабелинами и тоже двинул на север. Жарко станет в герцогстве Ориджин.
— Это правда, — процедил барон.
Неспокойно ему было. Осел раньше служил Адриану, потом — Минерве. Кому служит теперь — поди разбери, он же не пишет! Как бы мой осел, ну… не это.
— Минерва столкнула Адриана с ордой, надеясь истощить его силы. Да вышло наоборот: в бою он взял живьем двух носителей Перстов. Адриан подчинит их себе и станет сильней Минервы с Ориджинами вместе взятых. Только одно может помешать ему захватить Первую Зиму и свергнуть Минерву: если Шейланд сделает это раньше.
— Мне грустно, — сказала девушка. — Минерва — законная владычица, признанная Палатой. Адриан должен был ей подчиниться.
— И я о том! У нее и корона, и Эфес. Кто же владычица, если не она? А Адриана назначили бургомистром Фаунтерры. Вот там бы и сидел!
— Адриана — бургомистром? — Брови девушки прыгнули на лоб.
