— Украшений не ношу, оружие продавать будете долго! — выпалила она на одном дыхании и замерла, внимательно присматриваясь к темным фигурам. Ответом было молчание, а фигуры стали приближаться. В голове Кьяры мелькнула мысль о том, что можно закричать, чтобы привлечь патруль, однако было ясно, что пока он добежит, от нее останутся рожки да ножки. Хотя фигуры приближались медленно и осторожно, словно и не думали ее убивать. Следующая мысль мелькнуть не успела, поскольку чья-то рука сзади неожиданно зажала ей рот, а другая вывернула запястье. Раздался звон от упавшей на мостовую шпаги, приглушенные голоса и топот ног. Кьяру довольно бесцеремонно тащили в темноту, и она, очнувшись, принялась отбиваться, результатом чего стал только сильный удар по голове. «Кто мог сделать такое? Неужели…»
— Зигфрид. — Когда Кьяра поняла, что произнесла это вслух, то постаралась открыть глаза. Удалось ей это не сразу, поскольку голова разваливалась от боли. Широкая кровать, теряющиеся в неверном свете свечей стены комнаты, странный аромат незнакомых благовоний. И непонятно откуда взявшееся ощущение спокойствия и уюта, которое продолжалось до тех пор, пока вспышками не стали появляться воспоминания. Несмотря на боль, Кьяра села и уже испуганно огляделась. Где, духи всего мира, она находится? Комната, оказывается, была небольшая, однако богато и со вкусом обставлена. Возле противоположной от кровати стены стоял столик, уставленный графинами с напитками. Туда-то и направилась Кьяра, которую мучила жажда, рассудив, что сначала надо решить простые проблемы, а уже потом разбираться с остальным.
В графинах оказался выбор довольно неплохих вин и соков. Расправившись сначала с фруктовыми напитками, она выпила немного вина, чтобы успокоить начинающие шалить нервы. Оружие она выронила еще на улице, и в довершении всего лишилась обуви. А босиком, как известно, далеко не уйдешь. Кстати… Кьяра осторожно подошла к двери и аккуратно подергала ручку. Ну что ж, наивно было полагать, что она не заперта. А где же окно? Схватив канделябр, Кьяра осмотрела стены. Окно оказалось маленьким, с обшарпанными ставнями. Зато завешено было роскошными драпировками. Кьяра жадно вдыхала ночной влажный после дождя воздух, и размышляла о том, что прыгать с высоты босиком плохая идея, а также, почему ближайшие окрестности кажутся ей знакомыми.
На звук поворачивающегося ключа в двери она вернулась к столику и взяла в руки пустой графин. Не ахти какое оружие, но так она себя чувствовала спокойнее. Она была почти уверена, что знает того, кто сейчас должен зайти в комнату.
— Проклятие, вы кто?! — не очень вежливо воскликнула Кьяра, когда поняла, что ошиблась — у двери стоял незнакомый человек с одинокой свечой в руке и пристально смотрел на нее. В тусклом свете было заметен только светлый цвет волос.
— Если поставите графин на место, то узнаете, — раздался его голос, ключ в замке опять повернулся, и Кьяра ловко метнула свое оружие, целясь в голову незнакомца. Тот пригнулся, и графин с грохотом разбился об дверь.
— Немедленно прекратите! — Мужчина поставил подсвечник на пол и стал приближаться к ней.
— Еще чего, — сказала Кьяра, забирая со столика следующий сосуд. К сожалению, он не был пустым, однако Кьяру это не смутило. Смутило то, что в следующую секунду незнакомец оказался на расстоянии вытянутой руки, а у ее горла блеснуло лезвие сабли. Другой рукой мужчина выхватил у нее графин прежде, чем она его успела уронить, и поставил обратно на столик.
— Может, меня и не одобрили бы за то, что я вломился в комнату к даме с оружием, — сказал он, заставляя Кьяру пятиться к кровати. — Но лучше проблемы с этикетом, чем с разбитой головой.
Только когда Кьяра плюхнулась на кровать, он остановился, положил саблю плашмя на ее плечо, наклонился к ней и внезапно улыбнулся. От этой улыбки натянутые нервы Кьяры готовы были разорваться на тысячу кусочков. Вопреки ее ожиданиям улыбался незнакомец вовсе не нагло и угрожающе, а тепло и немного лукаво. В его глазах светились непонятные Кьяре озорные искорки, а от тела шел тот самый странный аромат, который она почувствовала, придя в сознание. У него были тонкие благородные черты лица, маленькая родинка над верхней губой, притягательные зеленые глаза и необыкновенно красивые густые и блестящие волосы, небрежно падавшие на широкие плечи.
— Интересное у вас оружие, — пробормотала Кьяра, косясь на саблю, рукоять которой сжимала сильная ухоженная рука.
— Значит, разбитая голова это моя награда за ваше спасение от банды убийц? Вы всегда так благодарите?
— Я не верю вам, — буркнула Кьяра, отводя взгляд от сабли и смотря в сторону. — Докажите сначала, что вы не с ними.
Он чуть склонил голову набок.
— Если я уберу оружие, вы обещаете, что не броситесь на меня?
— Если вы ответите на мои вопросы, то обещаю спокойную беседу.
Он отвел саблю и выпрямился.
— У меня тоже есть вопросы. Предлагаю сесть в кресла.
Кьяра с опаской воспользовалась его предложением.
— Кто вы такой? — снова спросила она, не дожидаясь, пока незнакомец сам начнет разговор.
