— Не стоит, дорогая леди, поднимать шум, а то мой друг Крот испугается и как бабахнет! А я так не люблю делать больно хорошеньким барышням, вы же знаете, капитан.
Элвира поджала губы от омерзения. Разумеется, этот отброс узнал начальника тюрьмы, таким, как он, положено знать ее в лицо. И насколько было известно, он действительно не причинял физических страданий женщинам, которых ловил. Он просто отбирал у них все, включая одежду, и в таком виде отпускал восвояси. Мужчинам, попавшим к нему в руки, везло меньше — Мышелов неизменно жестоко избивал их, но убивал крайне редко, исключительно по необходимости. Промышлял же Мышелов всегда вблизи дворца и богатых кварталов. За что вся илехандская стража его особо ненавидела. Хотя не исключено, что его неуловимость объяснялась тем, что, по слухам, он помогал сильным мира сего решать неудобные проблемы любым способом.
— Ну же, девочки! Станцуйте для меня голенькими, и уже через полчаса вы будете спокойненько пить вино у себя в норках. Я даже ваши цацки не трону ради такого случая. — Головорез издевательски неспешно достал шпагу, которой владел мастерски, как было известно из той же розыскной грамоты.
Капитан покосилась на суридку. Она смотрела на Мышелова исподлобья, и огонек в ее глазах Элвире очень не понравился. Ох, не натворила бы она глупостей. Девица, будто почувствовав, кинула быстрый взгляд в ее сторону, и неожиданно произнесла.
— Их четверо. Двое без пистолетов. Больше нет никого. — От волнения ее акцент усилился, но Элвира поняла и похолодела, сообразив, что последует дальше. Честно говоря, она бы и сама предпочла драться, но сейчас на нее смотрело дуло пистолета. На нее, а не на суридку. Только выбора ей предоставлять никто не собирался.
— Да, красавица, там еще двое моих дорогих друзей, — расплылся в кошачьей улыбке Мышелов. — И если…
Рыжая метнула нож, неизвестно откуда возникший в ее левой руке. Упавший в лужу пистолет забрызгал подол Элвиры бурыми каплями. Крот поднял руку, будто желая достать застрявший в глазнице клинок, но, не дотянувшись, тяжело рухнул на мостовую.
Мышелов с проклятьями кинулся на суридку, и тут Элвира увидела то, что полагала сказками. Упруго развернувшись, суридка рубанула по клинку грабителя, сломав шпагу с одного удара. «Долгие разговоры — удел неудачника», — отстранено подумала Элвира.
Прорычав нечто нечленораздельное, Мышелов с силой ударил гардой оружия, метя в висок не успевшей восстановить равновесие суридке. Но той чудом удалось увернуться, и удар пришелся вскользь, хотя все равно сбил ее с ног. Элвира опомнилась и кинулась к грабителю, оттесняя его от упавшей девушки. Мышелов отшвырнул бесполезный обломок и потянул из-за пояса пистолет. Из темноты явились двое обещанных дружков, один из которых был вооружен кистенем, а другой в левой руке держал шпагу, а правой поигрывал длинным узким кинжалом. Оценив обстановку, капитан сама выбрала в противники леворукого, пока у нее не перехватили инициативу. У Элвиры не было даже мгновенья, чтобы закричать, когда она отбивалась от непривычных атак левши, стараясь не дать его дружку зайти себе за спину и применить свой весомый аргумент. А через пару секунд Мышелов выстрелит, и тогда конец. Впервые в жизни Элвира Ротман почувствовала, как ее начинает настигать паника. Но выстрела все не было, а разбойник хоть и неплохо фехтовал, но до профессионального военного ему было далеко. Капитан постаралась сосредоточиться на текущей проблеме, поскольку перспектива быть застреленной пока откладывалась.
Сохраняя положение спиной к стене, Элвира отбила пару простеньких финтов и завязала шпагу противника. Когда же он ткнул в нее кинжалом, перехватила запястье и ударила коленом в пах. Головорез отскочил, согнувшись, и его место немедленно занял его приятель с кистенем, но лишь для того, чтобы получить укол в бок. Элвира быстро переместилась на середину проулка и, наконец, закричала вовсе горло, призывая стражу. Только после этого она смогла оглянуться, чтобы понять, почему до сих пор жива. Рыжеволосая суридка как раз в этот момент приканчивала недобитого Элвирой леворукого. Мышелов слабо шевелился в луже, длинные светлые волосы пропитались кровью. Расправившись с последним противником, девица повернулась к нему с явным намерением отправить в мир духов, но остановилась от предостерегающего оклика Элвиры.
