Генерал-регент медленно пошла вперед, за ней двинулись генералы. Кьяра услышала удивленные шепотки среди герцогов крови, которые понеслись дальше, но смолкли перед строем гвардейцев. Кьяра подождала, пока военные и родственники отдадут честь покойной королеве и несмело выступила вперед. Легкий теплый ветерок раздул юбки траурного платья, когда она склонилась и положила большой букет на поверхность последнего пристанища королевы Фредерики, накрытого красным флагом с серой змеей. Потом протянула руку к погребальному фонарю, но замешкалась, не решаясь погасить маленький дрожащий огонек. Она не имеет на это права. Это должна делать Вильгельмина, на худой конец кто-то из близких родственников. А она королеве никто. Бледное лицо покойной напомнило Кьяре ночь карнавала, когда она пробралась в апартаменты и стала невольной свидетельницей тайного совета. Королева говорила о заговоре… Вот оно! Кьяре стоило большого труда не запаниковать и не побежать. Понятно, чего ждали генерал-регент и ее люди — покушения на принцессу Вильгельмину. А удобнее случая, чем похороны, не придумаешь. Сейчас Кьяра представляла собой более чем крупную живец-мишень. Один выстрел, и все — «принцессе» тоже предоставят катафалк, только без государственного флага, а скорее безымянную могилу в лесу. Ее рука дрогнула, и маленький огонек погас, так и не коснувшись похолодевших пальцев. Королева ушла сама. Кьяру бросило в жар, потом в холод. Она покачнулась и оперлась на катафалк. Надо взять себя в руки. Но в руки ее взяла, судя по запаху, герцогиня Бертильда и передала генералу-регенту.
— Благодарю, очень натурально, — прошептала та.
Кьяре захотелось сказать гадость, но она только кивнула.
— Недолго осталось, — пробормотала генерал-регент, наблюдая, за стаей голубей в небе, а может за крышами храма. — Почему же генералиссимус задержался? — вздохнула она.
— Ждете с нетерпением, пока меня прикончат? — все-таки спросила Кьяра.
— Не волнуйтесь. Пока никто не спешит, — сухо ответила генерал-регент.
Снова зазвучала музыка, на этот раз другая. Потом внезапно смолкла. Гвардейцы вытянулись, развернулись боком к катафалку, лицом к воротам и, чеканя шаг, пошли вперед. Ровные колонны одетых в серое с красным людей в сверкающих кирасах поверх колетов. Зрелище было завораживающее, в другое время Кьяра бы залюбовалась. Но сейчас она каждую секунду ждала выстрела или нападения, поэтому могла только вертеть головой и покрываться потом. Покойницу торжественно проводили до склепа при дворцовом храме, занесли внутрь и еще минуту простояли тихо и неподвижно.
— Все, — тихо скомандовала генерал-регент. — Еще раз споткнитесь и обопритесь мне на руку. Можете даже повиснуть.
Со стороны, должно быть, все выглядело донельзя трогательно. Убитая горем кронпринцесса и ее надежная опора. Никто ведь не думал, что принцесса фальшивая, а опора донельзя опечалена тем, что не удалось поймать заговорщиков.
— Крепитесь, дорогая, — услышала Кьяра вслед утешительные слова. — Нам всем так тяжело.
— Вот клячи, — не удержалась Кьяра.
— Не обижайте родственников, — укоризненно сказала генерал-регент. — Кстати, а где ваш… брат?
— Не знаю. Ваш дядя, то есть генералиссимус, тоже не почтил церемонию присутствием.
— Туше, — буркнула генерал-регент.
При входе во дворец их догнала женщина по имени Элвира. Она на ходу подкалывала по бокам форменную юбку и поправляла капитанскую перевязь.
— Ингрид, тебя ждет кавалер Ридель.
Генерал-регент резко развернулась вместе с висящей на ней Кьярой.
— Только не говори, что опять что-то случилось.
— Не знаю. Придется тебе спросить самой.
— Хор всемогущий! Элвира, отведи даму в ее комнаты и запри дверь как следует. Неизвестно, в чем там опять дело. А мне еще на поминальный обед надо успеть.
Оказавшись в знакомой комнате, Кьяра откинула вуаль и вцепилась в руку уходящей Элвире.
— Почему вы не сказали мне, что на принцессу возможно покушение?
— Возможно — не значит произойдет. Это мы с вами сегодня и наблюдали.
— Мне нужны бумага и чернила, — прямо заявила Кьяра.
— Кому писать будете?
— Стихи сочинять. Или за принцессой такого не водилось?
— Вы — не кронпринцесса Вильгельмина. — Элвира выдернула руку из хватки Кьяры. Похоже, она не на шутку разозлилась. — Ни о каких стихах и письмах не может быть и речи.
— Если уж мы об этом заговорили, я приемная дочь герцога. И вполне могу пойти на поминальный обед за своего отсутствующего брата.
— Ну да, — с нехорошей усмешкой произнесла Элвира. — Вы еще корону герцогскую нацепите. Только сначала докажите, что Зигмунд Корф вас удочерил. Кроме вас, никто об этом не знает.
— Это ложь. У Зигфрида есть документы. — Кьяре стало нехорошо.
— Только он почему-то не торопится их предоставить.
Кьяра хотела еще что-то сказать, но в дверь постучали, а затем появилась голова лейб-гвардейца.
— Капитан Ротман? Вас ждет ее сиятельство.
— Спасибо, — отозвалась Элвира и перед тем, как закрыть дверь на ключ, пристально и холодно посмотрела на Кьяру.
