— Это маска, — словно несмышленому младенцу, объяснила она, убрала ее с лица и громко и заразительно расхохоталась.
— Я заметил. Зачем ты спустилась так рано?
Фике убрала саблю и одним порывистым движением оказалась рядом, чуть ли не подпрыгивая от непонятной радости.
— Ты не знаешь? Скоро же праздник Смены Сезонов. И мы идем на маскарад! Во дворец. — Ее глаза восторженно сияли.
— Мы? — Удивления не было, только вялый интерес, поскольку по-прежнему хотелось воды и спать.
— Ты пойдешь со мной и Явузом. Он так сказал. — И она внимательно посмотрела на него.
Вопрос «почему я?» задавать было глупо и неуместно, прежде всего, для самого себя. Маскарад в королевском дворце это последнее место, куда хотелось попасть.
— Явуз обещал мне настоящее платье! — Продолжала Фике, по лицу которой расплывалась мечтательная улыбка. — Настоящее илехандское платье. У меня никогда не было платьев!
— И что ты с ним будешь делать? На балах, нарядившись в платья, дамы танцуют. Такого, — пришлось кивнуть в сторону храпящих тел, — ты там не увидишь.
— А я умею танцевать! — С вызовом воскликнула, похоже, обидевшаяся Фике. — Немного, но умею. Вот смотри.
И девушка неожиданно закружилась в простом танце, однако верно исполнив все фигуры.
— Вот, — заявила она, останавливаясь рядом. — А в платье у меня получится еще лучше.
— И кто тебя научил? — не улыбнуться в ответ на ее заразительный смех было невозможно.
— Один парнишка. Он как-то прибился к нам. Отец пожалел его, потому что он убил своего хозяина. — Фике нахмурила брови, но отнюдь не из-за жалости к убиенному, а что-то вспоминая. — Да, все верно. Это было, когда мы жили в Сэдыре.
Вот это, несомненно, уже вызывало интерес.
— И что же произошло в Сэдыре?
Фике села на стол и снова прижала маску к лицу.
— Ничего особенного. Этот парень… Как же его звали, Кара? Или Кылыч?.. Да, Кылыч. В общем, он и его сестра служили в доме какого-то важного и уважаемого учителя. И тот стал приставать к сестре и просто прохода ей не давал. Кылыч однажды сильно разозлился, схватил саблю и разрезал живот своему господину. Учитель не успел и крикнуть, как его внутренности вывалились, и он умер. А его сын пожаловался кади, поэтому Кылыч и привязался к нашему отряду. Спрятаться хотел.
— А почему сын убитого учителя не пожаловался шаху вилайета?
— Потому что шах и забыть может. А то и отпустить. Мало ли, что ему в голову придет. А кади — другое дело. Так отец всегда говорил. — Фике подбросила маску в воздух и ловко поймала ее. — Вот этот Кылыч и научил меня танцевать. Над нами тогда все так смеялись, особенно отец. А Хенрик обзывал меня медведем из северных лесов. — Голос девушки дрогнул. — Кылыч умер вместе со всеми, в той пустыне. — Она закусила нижнюю губу и опустила голову. Рука разжалась, и маска упала на пол.
— Хорошо, Фике. — Ее плечи под ладонями чуть подрагивали. — Мы обязательно пойдем на маскарад.
— Мне так хочется увидеть настоящий дворец изнутри, — шмыгнула она носом.
— Увидишь.
На празднике Смены Сезонов обязательно должен присутствовать кто-то из тусарской высшей знати, а, может, и представители династии. Поэтому маскарад может оказаться не столько веселым, сколько полезным. Надо попробовать избавиться от некоторых вещей, которые с недавних пор стали жечь руки.
Ильза с радостью смотрела на свое отражение в зеркале. Настоящее платье для знатной дамы по последней тусарской моде! Правда, в корсете и с воротником, подпирающем затылок, она чувствовала себя странно. Но ничего, ко всему можно привыкнуть. И как приятно снова быть чистой! Ильза присела к туалетному столику и принялась перебирать флакончики с духами и коробочки с притираниями. Такого изобилия у нее не было даже в лучшие годы в Башне. Изящные изысканные вещицы хотелось рассмотреть во всех подробностях больше, чем использовать их содержимое. Вежливое покашливание за спиной отвлекло ее от этого приятного занятия.
— Мне сказали, что ты уже проснулась. И я пришел узнать, хорошо ли ты себя чувствуешь и не желаешь ли пообедать.
Ильза смотрела на своего вчерашнего спасителя, который оказался отнюдь не героической внешности и на голову ниже ее. Он был не слишком молод, лет сорока, наверное, но с красивым породистым лицом и загадочными темными глазами. Правую бровь пересекал небольшой шрам, который незнакомец рассеянно потирал пальцем левой руки.
— Я должна поблагодарить вас, — сказала Ильза, чуть склонив голову. — Если бы не вы, я бы умерла в этой дыре.
— Теперь я даже рад, что поехал вчера именно этим путем. Хотя сначала был зол на своего телохранителя. И обращайся ко мне на «ты», иначе я чувствую себя дедушкой. Мое имя Мишель. Меня очень хорошо знают в большинстве герцогств Велии и в Тусаре. — Он усмехнулся. — Я занимаюсь торговлей вином.
Ильза улыбнулась.
— И дела явно идут хорошо, — заметила она.
— Да. — Купец был явно польщен. — А ты родом из этих мест?
— Можно и так сказать, — смутилась Ильза.
Мишель прищурил глаза.
