Временами осведомленность Хайме казалась дону Грегорио удивительной; он с полным основанием подозревал, что у дерибасовских было не меньше топтунов и стукачей, чем в его собственном ведомстве. Пока это шло на пользу общему делу, однако со временем… Отложив сигару, он произнес:
— На теле — ни единой раны, никаких следов. Представляешь?
— А вот об этом я не слышал, — отозвался Хайме. — Большой искусник поработал, а? Как его? Брат Рикардо? Пожалуй, я его к себе возьму, качком либо отстрельщиком… Не возражаешь?
— Смотря кого отстреливать, — усмехнулся Грегорио.
— Ну, не тебя же и не Алекса, пока он детишек не наплодил, внуков твоих. Может, Хорхе?
— Может быть. Но не раньше, чем мы разберемся с наследством Трясунчика.
— Согласен. Тебе — кораблики и морячков, мне — склады да гавани. А вот с бойцами их что делать? Бойцы под Сергуном ходят. Договоришься с ним?
— Не уверен, — произнес Грегорио после непродолжительного раздумья. — А что бойцы? Ими, как порешили, пусть занимается Алекс. Его проблема.
— Алекс их перережет или в Разлом продаст, а зря… ах— ха… — Хайме снова зевнул. — Лучше бы сделать так: пустим слух, что с Трясунчиком разобрался Хорхе. Глядишь, «торпеды» мстить захотят. Так пусть Хорхе их и режет, не Алекс.
А?
— Труп-то не поврежден. Поверят ли, что это — работа крокодильеров? — с сомнением сказал Грегорио.
— Чего ж не поверить, милостивый дон? Ты нанял Рикардо-искусника через десятые руки, а ведь его и Хорхе мог нанять. У него тоже счеты с «торпедами». Недаром их в Харбохе пощипали!
Дон Грегорио Сильвестров прищелкнул языком. Порой хитроумие Хайме поражало не меньше, чем его осведомленность; всякое событие, случай, факт он умел повернуть к собственной пользе — а значит, и к пользе триумвирата. Пока… Но категория «потом», как полагал главарь смоленских, для Хайме не существовала; слишком был он стар, чтоб захватить инициативу через пару лет, когда наступит время делиться властью. Правда, у Хайме имелись сыновья, но бог не наделил их особым хитроумием, и можно было согласиться, что в обозримом будущем — «потом» — все они останутся живы.
Или хотя бы один из них.
Двусмысленно ухмыльнувшись, дон Грегорио произнес в трубку:
— Согласен.
Хайме тут же отозвался:
— Раз согласен, сообрази, как Сергуна с Хорхе стравить. Время-то подходящее…
— Это почему? — Лоб Грегорио пошел складками. Временами он не поспевал за извилистой мыслью старика.
— А потому, что надо внимание отвлечь. Банк-то грохнули! И тут не в убытках дело, а в том, кто и как? Убытки — что, убытки я возместил — из нашей общей кассы. Ну а ты распорядился болванов-охранничков закопать. Карло твой, наверное, закапывал? Да не один же? Еще топтуны твои — те, что злодеев ищут. Выходит, многим известно, что случилось, — а случай-то небывалый! Загадочный, можно сказать. Слухи пойдут, сплетни…
При одном напоминании о банке сигара начала горчить. Раздавив ее в пепельнице, дон Грегорио буркнул:
— Не пойдут. Карло самых доверенных людей в розыск направил.
— И что они нашли, твои доверенные? — не без ехидства поинтересовался Хайме.
— Пока ничего. Но найдут! Найдут проклятых отморозков! Я их даже в Хаосе достану — и на крюк!
Обычное спокойствие покинуло дона Грегорио, и Хайме, почувствовав это, сказал:
— В Хаосе, милостивец мой, не достанешь, и соваться туда не след. Ты не кипятись, ты жди терпеливо, как я ожидаю. Жди и следи. Ведь деньги зачем крадут? Не для того, чтоб с ними в Хаос закопаться, а чтоб потратить с удовольствием и толком. Пропить и с девками прогулять либо иным манером покуражиться. Значит, где-то что-то всплывет, если уже не всплыло. Как в городе? Тишина?
— Тишина. Так, шебуршат по мелочи, «шестерки» из вольных.
— Ну, эти всегда шебуршат. А что до денег, всплывут они, не сомневайся! Сумма-то немалая. Всплывут! В Рио или Севасте, а может, в Харке или Буэносе. Тут мы злодеев возьмем да расспросим, что они с дверью намудрили и чем опоили охранничков. Слышал я, есть мексиканский гриб, так от него с лошадьми обморок случается.
— Это вряд ли, — возразил дон Грегорио. — Все спали, а запаха никакого не было. И дверь… Дверь не сломана, а вскрыта. Такая дверь! Не забыл, откуда ее взяли? Еще во времена домушников?
— Не важно, откуда взяли, а важно, куда поставили. Двести лет простояла — и надо же Значит, еще один искусник у нас завелся, кроме братца Рикардо. Ну, тебе видней, ты у нас о здоровье общества печешься. Только я думаю, может, Сапгиевы людишки в банке пошалили, а? Что скажешь, Сильвер?
— Зачем им это?
— Может, чтоб песюками нашими от бляхов откупиться. Может, Сапгий их бросил, а жить-то надо — и хочется жить хорошо. А если по существу, так попугать хотят: мол, есть у нас ключики к самым хитрым вашим замкам и всякие газы, что в сон вгоняют. Почему бы и нет?
Дон Грегорио хмыкнул и нахмурил брови. Хитер Хайме, хитер. Если заводит речи об агентах срушников, значит, что-то пронюхал, старый лис. Или хочет по ложному следу пустить?
