— Потому что она большую часть своей новой жизни провела в подземных туннелях. 5-55 маленькая. Легко пролазит в любые щели, через любые завалы. Поэтому она превратила свой недостаток в преимущество.
— Недостаток?
— Детское тело. Слабое, непрактичное, недолговечное. Те, кому доставались такие тела, гибли быстрее всех. Они не могли дать отпор изгнанникам во взрослых оболочках. Не могли быстро и далеко убежать. Всё что они могли — это ловко прятаться. Но их всё равно рано или поздно находили.
— Зачем же они выбирали детей для вселения?
— А выбора особо и не было. Не каждому повезло найти себе атлетическое тело. Все, начиная с пятёрок, уже селились в кого ни попадя, лишь бы выжить. Мне, как видишь, досталась молодая девчонка. Тоже не самый хороший вариант, хотя и гораздо лучше, чем у пятьдесят пятой. Изгнанникам-'детям' выживать тяжелее всего. Поэтому их почти не осталось. Помнишь 5-41 из команды Грязного Гарри?
— Конечно.
— Я была уверена, что это последний 'ребёнок' в городе, пока не увидела живую пятьдесят пятую.
— Он, вроде бы, выглядел постарше 5-55.
— Да. Он старше её на пару лет, но это ничего не меняет. Выжил, подбирая объедки взрослых изгнанников, воровал еду, уводил добычу из-под носа, а когда совсем туго стало — прибился к бандитам, таскать их чёртов граммофон.
— Гарри был к нему очень привязан.
— К кому? К сорок первому, или к граммофону?
— К граммофону, конечно.
— Ну да. Все отмечали эту странность. Она у него появилась, после того, как Апологетика дала ему от ворот поворот. Этот дурацкий граммофон был для него как фетиш для элгера.
— Ну а что насчёт 5-55? Почему ты была уверена, что её уже нет в живых?
— Потому что она исчезла после гнева великого эндлкрона. До этого её регулярно видели в разных частях города. В основном она орудовала ближе к центру, поэтому мы с ней почти не пересекались. Где находилось её логово — никто не в курсе. По слухам, где-то глубоко под землёй, в подземных бункерах. Сначала 5-55 особо нигде не светилась. Воровала по мелочи всё, что плохо лежит. В основном еду. Ставила хитрые ловушки на чужую дичь. Появлялась из ниоткуда и исчезала в никуда. Девочка-призрак. Она, конечно, вызывала раздражение у местных хозяев. Но искать её даже не пытались. Кому охота лезть в проклятые подземелья, где царствует эндлкрон?
— А эндлкрон — это кто?
— Великий подземный кракен. Гидра, колоссальных размеров. Выше самых высоких домов. От него нет спасенья.
— А почему тогда 5-55 он не трогал?
— Не знаю. Наверное, она умудрялась его не тревожить.
— Но всё-таки потревожила?
— Не она. Кто-то другой. Подозреваю, что это были сулариты, отправленные Латуриэлем на её поиски. Они навлекли на себя гнев эндлкрона и поплатились за это. Что-то очень важное 5-55 стянула у бывшего апологета. Настолько важное, что он был готов перетряхнуть всё подземелье, лишь бы достать эту мелкую засранку.
— Надо выяснить, что она украла.
— Не старайся. Даже под пытками она не скажет. Чтобы её расколоть, нужен верховный апологет, способный 'взломать' разум изгнанника. Да и смысла в этом я не вижу. Эндлкрон уничтожил логово пятьдесят пятой, и, скорее всего, похоронил под тоннами земли все её тайники. Поэтому она и перебралась из центра, сюда — на окраину.
— Латуриэль тоже считает её мертвой?
— Похоже на то. Иначе бы уже пришёл за ней.
— А если он узнает? Если придёт. Мы ведь не отдадим её?
— Ох-х, Писа-атель, — Раили закончила прихорашиваться, и повернулась ко мне. — Запомни. Хозяйка тут я. И всё, что находится на моей территории — моё. Включая эту туннельную крысу. А своё я просто так никому не отдам. Даже бывшему апологету.
— Вот это — достойный ответ.
Постепенно обстановка в доме стабилизировалась. Раздражительность Райли, как оказалось, была связана не столько с новой постоялицей, сколько с повреждённой спиной, за которую она очень переживала, но не показывала вида. Мне удалось это выяснить чисто случайно. Наблюдая за тем, как она смазывает заживающие раны двумя разными мазями, я поинтересовался, об их свойствах, и узнал, что это специальные сыворотки Водзорда, используемые Райли взамен пластической хирургии. Благодаря этим препаратам рассасываются спайки и не остаются шрамы. Разумеется, если мазаться в процессе заживления ран.
Я спросил про рану на спине, и Райли очень грустно ответила, что по понятной причине не может её обработать. Разумеется, я тут же вызвался оказать ей такую услугу.
— Но это нужно делать по четыре раза в день, — ответила она.
— Ну и что? Да хоть десять раз. Мне это не сложно.
Конечно же, хозяйка была крайне польщена такой услугой. Для обычного человека может показаться странным, почему она сама не попросила меня об этом. Но пожив среди изгнанников, которые просто не умеют просить о помощи, я узнал, как это чуждо и непривычно для неё.
