Вдохновлённый успехом применения энергетической еды, я разработал для девчонок специальную диету, состоявшую из увеличенной порции уати (мяса ригвилов), и «винегрета» из растительной пищи, мяса гипотрагусов, и богатых белком ракообразных. Таким образом не только восстанавливалась энергия организмов, но и тела получали необходимое питание. Райли перестала кочевряжиться, и послушно ела всё, что я ей давал. Пятьдесят пятую же, по-началу, приходилось кормить маленькими порциями. Результат не заставил себя долго ждать. У Райли перестали торчать рёбра и лопатки, впалый живот «прилипший к позвоночнику» начал выравниваться, округлились щёки. В общем был виден результат усиленного питания. Сил появлялось всё больше. Изгнанница начала всё чаще подниматься, и гулять по комнате. Сначала её хватало на один кружок, после чего она тут же ложилась обратно. Потом, время прогулок увеличилось. Чтобы не тратить его впустую, она даже успевала похлопотать по дому, поточить своё оружие, и самостоятельно обработать свои раны (кроме той, что на спине).
Одно плохо — быстро заканчивалась вода. Скоро придётся идти к роднику, а мне страсть как этого не хотелось.
Со второй пациенткой дела обстояли похуже. Вечером, спустившись к ней в гараж, я привычно провёл рукой по стене, «включив» свет. 5-55 всё так же лежала пластом. Во время предыдущего визита я промыл её раны, и хорошенько их обработал. На теле бедняжки не было ни одного живого места. Били её долго и с умом. Несмотря на множественные синяки, гематомы и ссадины, ни одна кость не была сломана, словно экзекуторы нарочно старались избегать переломов. Какую цель они преследовали я не понимал.
Возиться с пятьдесят пятой было несложно. Она была миниатюрной, и абсолютно безвольной, как манекен. Порой мне даже становилось не по себе, уж больно она напоминала труп. Но её стабильное дыхание меня успокаивало. Очевидно, чтобы сохранить последние крохи своей энергии, 5-55 впала в состояние кататонического стазиса.
Перво-наперво, нужно было её покормить. Но как это сделать, если она ни на что не реагирует? Поразмыслив немного, я вспомнил о железах феродона. Когда открыл банку, в которой Райли их хранила, чуть не задохнулся. Из глаз брызнули слёзы. Ну и вонь! Нашатырь и рядом не стоит. Зато действует безотказно. Вдохнув острый запах, пятьдесят пятая вздрогнула. Её веки мелко задрожали, губы начали шевелиться.
— Давай-давай, спящая красавица, просыпайся.
Глаза девочки открылись, но зрачки не фокусировались, и не реагировали на свет. Я дал ей немного воды, заодно проверив глотательный рефлекс. Она пьёт, значит можно попробовать её покормить. Измельчив мясо как можно тщательнее, чтобы пациентка не подавилась, я стал заталкивать пищу ей в рот. По-началу, она не реагировала на это, тогда я немного подвигал её челюсти, постаравшись таким способом напомнить ей о том, что нужно жевать. Она немного дёрнулась, мои пальцы её раздражали, но эффект был достигнут. Инстинктивно сомкнув зубы, девчонка почувствовала вкус пищи, и начала как-то странно, асинхронно жевать. Но хотя бы вообще начала — это уже вызывало оптимизм. Наверное вкусовые рецепторы включились. Потихоньку она возвращалась к жизни.
Убедившись, что во рту у неё ничего не осталось. Не хватало ещё, чтобы какая-нибудь частичка мяса, случайно забила ей в дыхательные пути. После чего, оставил её отдыхать, и вернулся к Райли.
За ужином мы немного поговорили о судьбе спорной территории. Флинту она не поверила, решив, что он всё равно попытается захватить опустевший участок. Далее посыпались угрозы в адрес соседа, с подробным описанием ожидающих его кар. Я не встревал в монолог, догадываясь, что Райли распекает не Флинта, а меня. Ей нужно было разрядиться, так как нерастраченная злость всё ещё давала о себе знать.
Ночью я долго не мог заснуть. Всё думал, размышлял. Когда Райли зашевелилась, я приоткрыл один глаз, и начал за ней наблюдать. Очень тихо и осторожно моя больная встала с кровати, и стала красться к выходу.
— Ты куда? — окликнул её я.
Поняв, что её обнаружили, она остановилась и вздохнула.
— Если тебе так интересно, то в туалет.
— Ну ладно. А то я подумал, что ты недоброе замыслила.
— Хватит, Писатель, — раздражённо ответила она. — Не трону я твою пятьдесят пятую. Нужна она мне больно.
С этими словам Райли удалилась, а я, успокоившись, начал быстро проваливаться в сон, и отключился, прежде чем хозяйка вернулась обратно.
Полная темнота. Вокруг бродят высокие, тощие существа, телами похожие на людей, а место голов — длинные, извивающиеся стебли, завершающиеся яркими лампочками, как у рыб-удильщиков. Существа медленно передвигаются с места на место, освещая облезлые стены каземата. Они бродят вокруг меня. Иногда останавливаются, и светят в лицо, потом уходят дальше. Их свет иногда вырывает из темноты фигуры поменьше. Тоже, вроде бы, люди, но ещё более странные. Головы-глобусы быстро вращаются на шейных осях, а руки и туловища дёргаются и выворачиваются всеми мыслимыми и немыслимыми способами.
