— Вам повезло, — проговорил волхв. — Кое-кто из ребят собирается в скором времени на землю солнечных людей. Думаю, они не будут против, чтобы вы составили им компанию. Токмо так можно без опаски путешествовать.
— Из-за Инквизиции. Мы знаем.
— Эти ребята, они керники? — полюбопытствовал Берси.
Напряжение с барда немного схлынуло, но не до такой степени, чтобы перестать коситься на высокую тень лешего, медленные шаги которого заставляли людей позади идти быстрее. Интересно представить, какие расстояния такое существо могло преодолеть бегом. Если лешие вообще умели бегать.
— Не все. Одна из них — чародейка, которой удалось спастись из самого Тиссофа. Но да вы-то скоро сами с ними познакомитесь.
За поляной их снова ждал лес, более густой и тёмный. Леший плавно огибал стоящие у него на пути деревья, ступая почти бесшумно для своих огромных размеров, а Белогор следовал точно ему по пятам.
— Как вы нашли дорогу сюда? — спросил вдруг волхв.
— Я был знаком с Рихардом.
— Надо же. Вам опять повезло. Он прибыл неделю назад.
— Откуда?
— А поди его знать… Обмолвился, что бродил по востоку, наверное, по землям Зелёного герцога…
— Ардейнард?
— Да, да… Его не было у нас несколько лет.
Конор нахмурился, гадая, как пройдёт эта встреча. Он расстался с Рихардом, можно так сказать, на тёплой ноте, но много воды с того момента утекло. Этот керник оставался единственным, кто не вызывал у него ни раздражения, ни неприязни, однако Конор едва мог считать его другом. Приятелем, партнёром, не другом. Иначе он захотел бы выяснить, что сталось с Рихардом в итоге, сумел ли он в самом деле спастись от облавы упырей на своё убежище. Но ему не было до керника никакого дела. Да и тому тоже. Но у Конора были все основания полагать, что Рихард также не забыл их дерзких набегов на караваны и пирушки в Офдархиме, затягивавшихся порою на несколько дней. Решение Конора уйти он принял спокойно, дежурно сказав на прощание, что они свидятся ещё когда-нибудь.
«Ты не представляешь, как был прав тогда», — подумал Конор, отрешённо наблюдая за размеренной походкой лешего.
Пожалуй, спутника можно было сменить. Оставить барда волхвам, старики наверняка неравнодушны к музыке и всяким сказаниям. Встретиться с Рихардом. Узнать, что он планирует в будущем и что вообще происходило с ним все эти годы. Если Рихард так и остался после распада своей шайки одиночкой, как Конор, то вряд ли он будет возражать против компаньона. А там и на Иггтар не надо будет отправляться. Может, кернику известно, где есть работка для таких, как они. В местах, где не будет ни Инквизиции, ни «охотников» Торода.
Местность сменилась, превратившись из леса в открытое поле, окаймлённое по всем сторонам высокими деревьями. Выложенные камушками холмики вздымались над землёй, образовывая строгие ряды. К центру их становилось всё больше и больше, как и камушков, украшавших их. Вскоре Конор заметил дольмены с позеленевшими от времени и полуразрушенными плитами. Здесь было тише, чем в лесу, настолько, что походка лешего уже не казалась такой бесшумной. Земля вокруг была мёртвой, ни единого вкрапления сил Первоначала. Конор ощутил могильный холод, проходя близко мимо одного из холмов.
— Поле Первых, — пояснил Белогор. То ли догадался как-то, что его гости внимательно рассматривают холмы и камни, то ли просто решил, что настал момент для экскурсий. — Эти курганы принадлежат первым Стражам и волхвам. Мы долгое время хоронили павших товарищей здесь, только в третьем столетии решили сооружать погребальные костры.
— Неужели их так много было? — удивился Берси.
— Когда-то, — отвечал волхв. — Многие века назад всё было иначе. Люди не смели хоронить Стража в безымянной могиле, и все тела привозили сюда. По крайней мере, старались.
— Люди это делали?
На лице Берси застыло поистине детское удивление.
— До появлений единой богини люди не решались вздорить с керниками, — ответил вместо волхва Конор. — В то время Стражи умирали чаще от когтей чудовищ. Да, не все маарну были миролюбивыми. Поэтому иной раз и людей приходилось защищать от них, а не наоборот. Люди это ценили. Потом началась война. Люди приравняли всех существ к нечисти. Продолжают в том же духе и поныне.
Белогор кивнул, удовлетворённый пояснением Конора.
— А керники стали защищать всех маарну, даже чудовищ?
— Да, именно так всё и было, певун.
Когда курганы остались позади, лес продолжился. Берси расслабился окончательно и принялся ныть про свою усталость. Белогор пообещал ему дать мазь и настойку от больного колена, когда они окажутся в Кривом Роге. Конор тихо фыркнул.
— А сколько сейчас Стражей в Кривом Роге? — спросил он у волхва, прерывая бормотание барда.
— Не так много, как я бы хотел. Из-за возрождения Инквизиции некоторые покинули крепость, разбежавшись по разным сторонам.
— А волхвы?
— Нас осталось двое. Я и Куштрим. Остальные отправились в Куруад.
— К Ковену?
