Шли дни, и существование в Зубках становилось всё более и более невыносимым. Её бесило всё. Вонючие крестьяне, клопы, коровье дерьмо — в сравнении с шиком и блеском Тиссофа это всё опостылело ей в первый же день, но желание выжить в ополчившемся против чародеев мире было сильнее. Кассандра терпела. Она лечила немытые тела, выводила вшей, вправляла суставы и ухаживала за стариками. Она заслужила крупицу доверия и скромные подачки, но большего не смела требовать от черни. Особенно после того, как её, возвращавшуюся домой от очередного больного, поджидали на пустой улице трое деревенских ублюдков. Она не позволила им прикоснуться к себе. Она не наивная молоденькая целительница, раболепствовавшая перед каждым подонком мужского пола. Она семидесятилетняя чародейка, одна из Оплота, и никто из этих крестьянских тварей не смеет трогать её.
Неудивительно, что после этого случая к Кассандре долго не приходили. Хотя ей удалось повеселиться, глядя на то, как перепуганные смертные деревенщины удирают со всех ног, истекая кровью и мочась прямо в штаны. В другое время она бы не оставила их в живых. Сначала, конечно, понаблюдала бы за тем, как они корчатся в муках, умоляя её пощадить. Глупые, глупые люди. Их страдания годились только для её развлечения.
Безопасность превыше всего. Лишний раз Кассандра не высовывалась, часто брала оплату не монетой, а едой. Спать в своей хлипкой избе она и вовсе боялась и иногда отправлялась ночевать в часовую башню в центре деревни. В облике кречета она чувствовала себя защищённой. Хищницей, способной улететь далеко-далеко от людей. Она и представить не могла, каково было сейчас другим полиморфам, запертым в стенах Обители, в ошейниках, лишённым способности превращаться. Кассандре казалось, что она бы отдала концы там в первые же дни заключения.
Леку Августу кто-то помогал. Чародей. Возможно даже сильнее, чем все маги, которых Кассандра знала. Но у неё не было никакого желания выяснять правду. Кто-то назовёт её трусихой. Может быть. Каждый делает свой выбор. Она выбрала остаться на свободе.
Ей даже не верилось, что кто-то сумеет противостоять верховному служителю, прикончит его и всю эту шайку. Она сразу почувствовала, что возрождённая Инквизиция, приготовившая новые игрушки, станет стихийным бедствием для всех, у кого в крови течёт хоть капля магии.
Время тянулось так долго и мучительно, что Кассандра уже подумывала сняться с места и перебраться дальше. В Зубках ей нечего ловить, кроме скачущих по постели блох. Волна народного недовольства чародеями рано или поздно докатится и досюда, а из Оплота до сих так никто и не пришёл. Поэтому она немало удивилась, паря в сине-чёрном небе над Зубками, когда увидела компанию странных путников, хорошо вооружённых и выглядевших так, будто они три недели шли пешком через Гиблые земли. Покружив немного над ними, она узнала, что они расспрашивали про рыжеволосую целительницу и, получив верную наводку, отправились к дому Кассандры, стоящему на отшибе. Соколица поспешила туда первой, заранее продумывая варианты отступления.
Запах леса и крови было ни с чем не спутать. Керники. Один из них принёс с собой жуткие раны, до острого нюха Кассандры донеслось зловоние воспалённой плоти. Двое из компании, не Стражи, пахли как-то странно. От здешних жителей исходил привычный крестьянский смрад, смешанный с потомственной боязливостью и невежественностью. Но от двух мужчин в окружении керников тянуло горной прохладой и сталью. Северяне. Здесь? В самом сердце княжеств? Мало кто из них так далеко уходил от родных краёв.
Был ещё один запах, молодой женщины, который и заставил Кассандру впорхнуть в открытое окно своей избы и принять человеческий облик за секунду до стука в дверь. Чуть помедлив, она распахнула дверь и увидела измождённые лица во всей красе. Некоторые уже успели спешиться и привязывали коней к вбитым в землю кольям возле хаты целительницы.
— Кассандра? — обратилась к ней худощавая смуглая девчонка с огромными, как блюдца, глазами.
— Иврабив Рабах Даниф, — отозвалась чародейка, скрывая улыбку. — Я помню тебя. Уж не думала, что увижу тебя в живых.
— Просто Иветта, — отвечала девчонка, опустив голову.
— Не стоит стыдиться имени, данного при рождении, — пожала плечами Кассандра, невозмутимо проводя глазами по остальным спутникам юной магички. — Я полагаю, тебе нужна помощь? Вам.
Внутренне она едва не ликовала от того, что встретила спустя столько времени свою сестру. Чародейку. Её породу. Одну из тех неопытных девиц, которые должны были через пару десятков лет стать такими, как Кассандра и Дита.
— Долгая история. Прошу… Он может умереть, — она указала на светловолосого керника, который в бессознательном состоянии оставался в седле, крепко примотанный верёвками к лошади.
Кассандра оценивающим взглядом посмотрела на него и покачала головой.
— У него мало времени. Я смогу помочь ему, но тогда твою историю действительно придётся отложить на потом. Заходите.
