— Оу, не, вы не подумайте, ничего такого, просто дружеская прогулка! Хэ-хэ, как бы не свидание, но если вы не хотите, я пойму и вообще, — тут он понял, что Анна его не слушает, она в ужасе уставилась куда-то на пол, — а куда вы смотрите?
Теперь наступила очередь Орнота таращиться в ужасе. Страх липким потом пропитал рубашку и приклеился к коже. Дыхание сперло, как при панической атаке. Они так стояли и смотрели, боясь пошевелиться, боясь сказать хоть слово.
На мраморном полу лежало тело в черной сутане, рядом валялась трость, а седые волосы пропитывались разлитым вином. Епископ Рэдхарт со свернутой шеей смотрел в потолок, впервые его слепые глаза по-настоящему ничего не видели.
Мартин
Профессионал. Да, именно это Мартин мог сказать о себе нисколько не сомневаясь. Лучший шифр, лучший разведчик, да Зверь всех задери, лучший человек в этом долбанном месте. Человек, славившийся стойкостью, хладнокровием, и тем, что в его смену любая хрень превращается в несложный пустяк, который с некоторыми усилиями удастся разрулить. Со временем.
И вот он, профессионал, теперь стоял и не знал, что ему делать.
Гвардейцы столпились месяцем позади него, переминались с ноги на ногу, стискивали древки алебард. Мартин шагнул вперед в зеркальную лужу цвет перезрелого граната.
— Еще шаг Мартин и я проломлю тебе череп топором, а после отрежу этой суке башку, ты меня понял? — У Йорвульфа с юмором всегда было туго, зато с прямотой намерений полный порядок,
Блестящее лезвие метательного топорика ткнулось в дрожащий от ужаса подбородок королевы. Кири Ви Руин тряслась как хлипкая шхуна в чудовищный шторм, пытаясь устоять на ногах. Она тяжело и хаотично дышала, пыталась добраться пальцами до своего горла, на что Йорвульф прижимал острие только сильнее. Появился первые бисеринки крови.
— Тц. Я понял, понял, — Мартин поднял руки и отступил назад.
Переговорщик из него паршивый. Зато целый, в отличии от телохранителя королевы, что сейчас истекал кровью с торчащим из ребер могавком.
Нико и Ифан стояли по бокам, каждый готов был действовать в любой момент. Хоть какая-то поддержка в этот скверный час. В это время дверь позади отворилась, сквозь стену гвардейцев продрался Морус.
— М-мартин! Мартин! Там пиздец, там епископ Рэдха… ох ё.
Мартин пропустил вопли мимо ушей. Это лучшее на что он был сейчас способен.
— Йорв. В гибели Рэдхарта никто не виноват. Уж точно не королева.
— Правда? А вот я видел, как ее черномазый лизоблюд вышел вслед за ним. И так удобно вернулся назад, пока эта стерва меня отвлекала расспросами. Или хочешь сказать это совпадение, а причина банальный унфаль? — Йорвульф показал подточенные до акульих, зубы, — Чушь.
Кири забилась в конвульсиях, закатив глаза, в то время как на краю ее рта образовалась пена.
— Не дергайся, блядь.
— Тише боец. Она непроизвольно, — Ифан флегматично оценил обстановку, — выброс адреналина в связи с паникой, спровоцировал приступ падучей. Если сейчас не поможем, она проглотит собственный язык. Как следствие умрет. Много ли в этом чести, Йорвульф? А твой сюзерен, он бы одобрил такой метод кары? Что-то я сомневаюсь.
— Мне решать кто и чего достоин. И ее жизнь окончится. Так или иначе.
Уж лучше бы иначе и не сегодня. Напряжение в воздухе повисло натянутой струной привязанной к клинку палача. Слова пристыли к нёбу, казалось, что ни скажи — сделаешь лишь хуже. Порываться помочь равносильно убийству и самоубийству. Оставить все как есть? Затянуть момент до вечности, когда военачальник Бальдера скажет, что это была забавная и очень смешная шутка его народа. Вряд ли, звучит как сон.
Ситуация до истеричного смеха напоминала беспроигрышное казино. Сидишь, пялишься как загипнотизированный на рулетку. А шарик прыгает, вращается, ты боишься лишний раз вздохнуть. Он замедляется и останавливается. Ты выдыхаешь и делаешь новую ставку, только вот какой в этом смысл, если на всех ячейках написано «смерть»?
Щелчок, на который обернулись все без исключения. С громоподобным шумом под дрожание стен дворца, таинственная арка с символами загорелась, образуя дверь. Руны перемежались вдоль стены, попеременно зажигаясь и угасая. Каменные плиты разъехались в стороны, пропуская неестественно яркий свет, в котором утопал силуэт коренастого мужчины в венце монарха. Бальдер Стром вышел вперед, двери за ним с грохотом сомкнулись. Луч света исчез за невидимыми створками.
— Какого хрена вы тут устроили? — король обвел взглядом собравшихся, затем лужу крови, и уже после свою возлюбленную в руках варвара, — Йорвульф!
Какая-то псина, которую притащил Морус, свирепо залаяла на короля. А военачальник тотчас потащил Кири Ви Руин за лебединую шею в сторону огромного балкона тронного зала.
— Не делайте резких движений, если не желаете попробовать нортлендскую сталь на вкус.
Желающих не нашлось.
— Клянусь, если с ее головы упадет хоть волос, я вырежу твоих детей, твоих родных и их родных, а в конце сотру твою страну с карты мира.