– Браво! – воскликнул император, и все придворные вокруг зааплодировали в унисон. – А теперь сюрприз! Надеюсь, вам понравится, генерал Чу!
Брисеида обменялась взглядом с Энндалом. Рыцарь незаметно подобрал сачок для ловли бабочек, оставленный на лужайке.
– Твой мир удивителен, Менг, я понимаю, почему ты им гордишься, – сказал Оанко, положив руку на плечо генерала.
Последний не отреагировал. Сжав челюсть, он смотрел, как императорская чета уходит прочь, не обращая внимания на суматоху. Менг, в свою очередь, погрузился в толпу придворных, не взглянув на своих спутников.
– Видите, химеры не нужны, одного шпиона в семье Менга достаточно, чтобы наблюдать за нами, – прошептал Леонель, когда Бай исчез в окружении китайской знати, подняв бокал и вслух смеясь над их репликами. – Разоблачить его не составит труда, он даже не скрывается. А это не очень хорошо…
– Найди себе сачок для бабочек, – шепнул ему Энндал.
– Что? Ты же несерьезно…
Из большого шатра появился мужчина и объявил:
– Танец Нефритовой Птицы, придуманный его светлостью, императором Сюань-цзун!
Император проводил Ян Гуйфэй на площадку для танцев и сел среди музыкантов, чтобы сыграть на флейте.
– Идите и встаньте по обе стороны сцены, – добавил Энндал, крепко держа ручку сачка для ловли бабочек. – Смотрите в оба, будьте осторожны.
Ян Гуйфэй начала танцевать под мелодию, которую играл император. Она кружилась и принимала грациозные позы, прекрасно отражая чувственную музыку, в которой были и радостные, и меланхоличные акценты.
Ощущая тяжесть в животе, Брисеида осмотрела толпу. Мужчин, которых она видела в пагоде, не было. Придворные, казалось, совершенно не знали о том, что происходит по другую сторону Дворца Колокольчиков. Она подошла к Лиз и встала слева от полукруглой сцены на лужайке. Она хотела бы рассказать о своем приключении более подробно, но канцлер Ли уже говорил с девушкой.
Ян Гуйфэй закончила свой танец, глядя в глаза своему возлюбленному. Гости восторженно аплодировали.
Тогда император пошел и сел рядом с Менгом среди зрителей, а люди подняли длинные медные трубы и заиграли на больших кимвалах. Сотня лошадей, разделенных на четыре группы, в сопровождении пеших музыкантов въехала на крыльцо, примыкающее к Дворцу Колокольчиков. В шелках и обвешанные золотом, они трясли своими гривами, украшенными жемчугом, вздымали морды и исполняли геометрические танцевальные па, выполняя команды своих дрессировщиков.
Некоторые из лошадей взобрались на трехъярусную деревянную пирамиду, продолжая танцевать под неистовую музыку. Когда флейты ударили последнюю ноту, сто степных лошадей вцепились зубами в деревянные чаши, подняли головы, словно желая выпить, и на последней ноте рухнули на землю.
– Просто невероятно, – пробормотала Брисеида под одобрительные возгласы толпы.
– Подождите, это еще не все… – сказал канцлер Ли.
От деревянной платформы поднимался белый дым. Прозвучал гонг, и из искусственного тумана появилась фигура старика с длинной белой бородой, лунное свечение создавало вокруг него ореол света.
– Кто это? – спросила Брисеида, ее сердце учащенно билось.
Ей показалось, что она узнала старика в пустыне, в Мире Снов, который дал им задание.
– Он – мудрец, который будет направлять генерала Чу, – ответил канцлер Ли. – Вот и сам генерал.
Через дымовое облако на полной скорости проскакал всадник, крича и размахивая мечом. Он остановился на травянистой площадке, спрыгнул с коня и посмотрел на лошадей, все еще лежавших на земле. На нем была длинная свободная туника теплых тонов, шапочка с алыми кистями, а на спине висели четыре флага, расшитых огненными драконами. Длинная черная борода свисала до груди, открывая лишь слегка накрашенные глаза, которые он закатил.
– Что здесь произошло? Я опоздал! – сказал он певучим голосом, приняв агрессивную позу.
