Тени и химеры полностью

Он вставил кассету Нила Кубы-младшего в магнитофон, и в тишине раздался старомодный треск пленки. Тот же женский голос, что и в первом интервью:

«Нил Куба-младший, можете ли вы объяснить свою интерпретацию понятия архетипа?»

Затем Нил Куба-младший зарычал, как огр из пещеры:

«– Архетипы – это олицетворенные потенциалы человечества: доброта, мудрость, юмор, жестокость тоже, почему бы и нет. В Мире Снов, будь то химеры или люди, у них никогда нет имени. Поскольку они являются символическими персонажами, они представляют сущность и принадлежат всем нам. В наших легендах они легко узнаваемы: архетип злобы принимает облик старой женщины с крючковатым носом; скупости – маленького, тощего человека, свернувшегося калачиком; мудрости – старика с белой бородой. Что касается химер, то Купидон олицетворяет любовь…

– Но у Купидона есть имя.

– Прозвище, на самом деле. Купидон происходит от слова cupid, что означает «желание, зависть, страсть». Архетипам часто дают прозвища для их обозначения.

– А путешествуют ли человеческие архетипы в реальном мире, подобно химерам?

– Нет. Вернее, да, но по-своему: довольно редко мужчины и женщины рождаются с очень сильными чертами архетипа. Они как будто имеют особую связь с Миром Снов. Еще говорят, что они являются отражением архетипа в реальном мире, потому что принимают на себя его роль.

– Интересно… Но ведь есть и роли, которые мы осваиваем в течение жизни, не так ли? Что вы думаете, например, о роли отца?»

За этой речью последовал треск. Брисеида думала, что интервью закончилось, но Нил Куба-младший продолжил:

«– Это шутка?

– Почему вы так решили?

– Катитесь к черту».

Магнитофон щелкнул, сообщив об окончании пленки.

– Любопытно, – сказал Бенджи, – я не ожидал такого поворота событий. Что он имел в виду?

Существует ли вообще Нил Куба? – заставила его написать Брисеида.

– Возможно, нужно проверить. Нил Куба-младший дважды говорит о химерах и Мире Снов. Похоже, что это его любимая тема. Довольно забавно, ведь сейчас я нахожусь в комнате, полной картин с изображением химер.

Я знаю.

– Ты все видишь?

Да.

– Хм… Это напоминает мне теорию, которая некоторое время не давала мне покоя, о Цитадели. Кристоф, мой друг, постоянно говорит мне, что пространство не может существовать без времени. А время здесь не очень надежно, так что Мир Снов… Это бы многое объяснило. Принять это, конечно, трудновато. Я ощущаю себя физически, я щипаю себя, чтобы проверить…

Брисеида улыбнулась. Бенджи, безусловно, был необычным парнем. Сама она не смогла бы прийти к таким выводам, не покинув Цитадель. У него был отличный нюх на такие вещи. Она взяла его руку и провела пером по бумаге:

Это хорошая теория, продолжай ее развивать. В следующий раз поищи «захват химер с помощью песочных часов от торговцев песком». И все остальное, что сможешь найти о легенде о ткачихе в Китае восьмого века.

– Откуда ты берешь такие идеи? – И когда она не ответила, он добавил: – Ну, хорошо. Как скажешь, капитан. Я дам тебе знать, как только у меня появятся новости. О химерах, Мире Снов и Ниле Кубе.

Когда Брисеида пришла в себя, Лиз громко храпела. При свете лампы, все еще горевшей на журнальном столике, она размышляла над десятками страниц, которые заполнила, находясь в Цитадели. Она искала интервью с Нилом Кубой-младшим, чтобы вспомнить его. Но записи не было. Ее рассказ остановился на следующем моменте: он нажал кнопку на магнитофоне, и Бенджи заговорил, как только интервью закончилось.