Тени Янтарной комнаты полностью

В то же время вся компания уже оказалась на узеньком пешеходном Медовом мосту. От цели их отделяло не больше ста метров. По левую руку столпились туристы, умиляясь крохотной бронзовой скульптурой — Дедушкой Хомлиным, сидящим на чугунных перилах, которые все были обмотаны десятками свадебных замков. Решив обойти эту толпу, Ганс сместился правее, проходя вдоль самого бортика. Валерий лишь бросил на него короткий взгляд, как вдруг его осенило. Этот план был самым лучшим из тех, что приходили ему в голову, но нужно было действовать быстро, а главное — точно попасть. До конца переправы оставалось около десяти метров. С каждым мгновением окно возможностей уходило, нужно было запрыгивать в последний вагон, причем прямо сейчас.

Молодой человек тут же оттолкнул Рудольфа в сторону, заставив его грохнуться на пол, после чего с разгона влетел в его помощника, только что успевшего к нему развернуться. Ганс инстинктивно выстрелил, но пуля чудом проскочила мимо всех окружающих, после чего перевалился через перила и грохнулся в воду, уйдя с головой на глубину.

— Ганс! — крикнул во всю глотку немец, кинувшись к краю, наблюдая за тем, как тот выныривает на поверхность.

Остальные туристы испуганно обернулись, наблюдая за этой странной картиной и восклицая о том, что человек упал вниз. Поняв, что это их шанс, пара тут же кинулась прочь от немцев, стрелой преодолев остаток моста и выбежав на набережную ветеранов, повернув направо. Рудольф молча, дергаясь на месте, понаблюдал за тем, как его товарищ гребет в сторону берега, после чего, решив не терять ни секунды, кинулся в погоню.

Валерий и Светлана уже неслись мимо кучи кафе рыбной деревни дальше. Фастфуд, булочная, суши, отель, ресторан — все проносилось в калейдоскопе мимо. Будь они на отдыхе, то обязательно остановились бы в этой Рыбной деревне, которая являлась удачным примером современной застройки в архитектурном стиле, имитирующем довоенный восточно-прусский город Кёнигсберга с несколькими зданиями кремового оттенка с треугольными крышами и белым пузатым маяком посередине, на вершине которого располагалась веранда и обеденный зал, однако прямо сейчас было не до этого. Рудольф быстро догонял их.

Пролетев мимо всех этих прекрасных строений, пара забралась на Юбилейный мост с причудливыми старенькими фонариками в начале и в конце переправы, оглядываясь назад. Немец был уже рядом. Вдруг он резко остановился, схватившись за свою ногу, начав корчиться от боли. Старая травма дала о себе знать. Валерий прекрасно понимал, что больше двух таких подарков за пару минут судьба им уже не даст. Он посмотрел вниз, где прямо на них, быстро набирая скорость, шел катер.

— Ты мне веришь? — спросил молодой человек у девушки.

— Да, — прошептала та, почуяв неладное.

— Надо прыгать, — заявил он, кивком указав на приближающийся речной транспорт.

— Ты уверен, а если мы промахнемся, нас же лопасти покромсают! — воскликнула она.

Виноградов вновь обернулся на Рудольфа, который казалось, поборол свою боль и готов к финальному рывку, после чего кинул взгляд на катер. До него было не больше 20 метров.

— Да, прыгаем на счет на три, — утвердительно сказал молодой человек, схватив девушку крепко за талию, после чего они перелезли через ограждение.

Немец уже был совсем рядом. Пара мгновений его отделяло от цели. Катер был уже под мостом. Закрыв глаза, пара сделала заветный шаг в неизвестность, за секунду преодолев несколько метров свободного падения, приземлившись на палубу. Рудольф же только схватил оставшийся после их прыжка ветер.

— Scheiße[5]! — заорал он во всю глотку, наблюдая, как транспорт уплывает в противоположном направлении.

[1] Девушка.

[2] Господи.

[3] Твоя правда.

[4] Просто возьми ее.

[5] Проклятье!

Глава 33

Закончив со своими делами, Пауль наконец-то смог улечься на кровати, чтобы немного отдохнуть перед отправлением в дорогу в Балтийск. Вытянув ноги, даже не снимая ботинок, немец разлегся сразу на два спальных места, закрыв от удовлетворения глаза.

Почувствовав приятную мягкость и легкость, мужчина стал нежиться на перине, слегка переминаясь с одного бока на другой и довольно улыбаясь. Душевная теплота растеклась по всему телу. Посмотрев на настенные часы, он понял, что Светланы и Валерия еще не будет около часа, так что времени на расслабление было навалом. Быстро глянув в окно на начавшее опускаться к горизонту оранжевое солнце, рассекающее своими лучами округу, Шольц перевернулся, приобняв подушку и прикрыв глаза.

Однако всю эту идиллию тут же разрушил неожиданный и чудовищный стук в дверь, подобный громогласному удару колокола. Пауль в гневе поднял веки, выругавшись про себя. За одним стуком тут же раздался другой, уже более громкий и настойчивый. Схватившись за голову, которая гудела, мужчина поднялся с кровати, двинувшись в сторону выхода из гостиничного номера. Тут нервы у посетителя не выдержали, и он начал сильно барабанить кулаком, словно хотел как можно скорее вломиться внутрь.

— Wen hat es dorthin gebracht?[1] — прошипел немец, стиснув зубы.