– Так он мне представился, когда мы познакомились. Ну... это ещё когда от «головоглазов» первый раз драпали... Я, говорит, Куб. Зелёный... У меня был его кристалл, когда ты дёргал...
– Понятно. Надо бы с тобой познакомиться по нормальному, чтобы Педро не мешал. В таверне посидеть. Чувствую, что-то в тебе есть...
– «Инквизиторов» уже сто лет как нет. Их «головоглазы» уничтожили год назад. И «головоглазов» самих нет. Ну, почти. Их рейнджеры побили. Там только одни отморозки остались, в катакомбах под Четвёртым Бастионом. Лучше ты туда не суйся один. У них главарь Назгул – гигантский паук. Он очень мощный, гад, его и впятером не свалить.
– Значит, такие вот теперь дела у вас военные – всех бьют и уничтожают. Интересные, какие дела...
– Нет, серьёзно! Он очень здоровый – как паук бледный, и когти у него стальные. И он там не один. Их уже два месяца ищут, найти не могут. Они через сеть не пеленгуются, как я тогда с Кубом, или как чёрные дроны сами. У вояк знаешь, какие системы обнаружения крутые? И всё по боку. Не ходи, если Педро не врёт, они тебя убить могут. В реале, загипнотизируют насмерть.
– Чёрные дроны, говоришь? Вояки, говоришь? Да-да...
– Не хочешь – не верь. Только я тебе не вру.
– Да я вижу, что не врёшь. Не беспокойся, мне ваш паук не нужен. У меня свои счёты, а вашего сами ловите. Хм... Что-то мне твоя картинка не нравится, как затычка у тебя тут какая-то... – и он описал перед Алексом рукой круг, словно выделил какой-то облачный объём. – Ну, ладно, друг, мы пойдём. Я тебя найду позднее. Ты тоже особенный, только немножко не такой, как я. Ну, бывай, а то моя сейчас шуметь начнёт...
Он не успел ещё закончить, как из синих сумерек со стороны ручья Белый вдруг раздался пронзительный женский крик:
– Не надо меня удерживать, я не ваша подружка! Отойдите немедленно с дороги, и нечего тут озвучивать при мне свои больные фантазии! Идите к своим... Мэт! Мэт, иди уже сюда!
Мэт, глядя в глаза Алекса, слегка усмехнулся:
– Ну, видишь? Такие вот они и есть, женщины – чуть, что не по их, сразу в крик. Я пошел, а то Педро сегодня, точно себе плюху заработает. Не от нас, так от неё. А, это... это надо убрать.
Он как-то странно посмотрел на него и снова повёл рукой в сторону, описывая широкий овал. Затем развернулся на месте и устремился навстречу раздраженному голосу своей беспокойной подруги. А Алекс остался стоять, где стоял.
Через некоторое время от шумящего в темноте ручья Белый подошел слегка обескураженный Педро. Взгляд его был туманен и задумчив, он удрученно покачивал головой и еле слышно вздыхал. Не глядя на Алекса, он произнёс:
– Чёрт побери, как это всё непросто! Однако почти десять минут я удерживал её внимание, а это уже достижение. Ну, как у вас тут дела обстояли, как пообщались? – и он глянул на Алекса. – Друг мой! Что с вами? Всё ли у вас в порядке?
Алекс выглядел пугающе – он неподвижно стоял с застывшим взглядом, устремлённым на север и... блаженно улыбался. Педро осмотрел его с разных сторон, подёргал за руки – ноль эмоций. Тогда он встряхнул его модуль и громко крикнул прямо в ухо:
– Алекс! Очнись! Что случилось? Что-то плохое? – и снова сильно встряхнул.
– Педро, иди ты в баню. Ну, чего ты меня трясёшь? – не переставая дурацки улыбаться, Алекс, наконец, обратил на него немного внимания.
– Алехандро, друг мой, вы меня пугаете! Я уже не знаю, что и думать. Что здесь произошло? Он как-то воздействовал на вас? Да? Вам плохо? Ответьте!
– Мне хорошо, Педро. Мне очень хорошо. Мэт ушел искать какого-то старика на Четвёртом Бастионе, а я иду в Карчму...
Педро смотрел на него пристально и очень внимательно.
– Юноша, не тяните резину... Что тут произошло? Ну?
– Ах, Педро! Я их чувствую! Лучше, чем раньше. Раньше я их только слышал и всё. А теперь я их чувствую так, словно вижу. Всё дело было во мне. Наверное, это была какая-то психическая рана. А они в полном порядке – это я не мог их разбудить. Теперь могу, Мэт чем-то помог мне, и сейчас я их чувствую! Всех! И мне надо срочно в Карчму – там Тор и Шарик. И они хотят видеть море.
--
