Оглянувшись по сторонам, я встретился взглядом с Люциусом Малфоем и его женой, которые благоразумно решили остаться в тени. Нарцисса растерянно посмотрела на меня, поскольку невозможно было представить более бредовую ситуацию, чем ту, что развернулась в тот вечер у них на глазах. Я безразлично посмотрел на неё в ответ, а потом решительно вышел из дома на свежий воздух. Мягкий бархат прекрасной майской ночи ещё сильнее отравлял душу. Впитывая всей поверхностью кожи этот яд, я переместился за пределы поместья и сразу трансгрессировал.
Добравшись до замка, я услышал, как Том только что разрушил щит. Да, сейчас он был так зол и от этого так силён, что это не составило для него особого труда. Его ненависть к Тине была гораздо сильнее моей любви к ней. Я вдруг осознал, что он всё правильно делал до этого. Только всепоглощающая ненависть могла справиться с этой адской болью, что причинила Тина и мне, и ему, и теперь я прекрасно понимал это. Только вот я уже не был способен на такую ненависть. Я не был способен и на любовь. Всё, что мне сейчас хотелось, — это благородно отдать свою жизнь за обитателей замка, чтобы моя трусливая смерть была не напрасна.
Когда я ворвался в холл, то увидел, как мне навстречу быстрым шагом спускаются по главной лестнице Дамблдор и Минерва с перекошенными от ужаса лицами, а за ними начинали появляться испуганные ужасным грохотом учащиеся, одетые в халаты и пижамы.
— Северус! — крикнул Дамблдор, но я сразу остановился и, неотрывно глядя ему в глаза, громко заявил:
— Он уже здесь. Он идёт сюда.
Минерва, услышав мои слова, замерла на месте, а Дамблдор, быстро сориентировавшись, прокричал на весь замок, усилив голос с помощью магии:
— Всем студентам и преподавателям быстро направиться в Большой Зал!
За спиной директора показался Аластор Грюм, а за ним Тонкс и другие члены Ордена, прибывшие сразу, как их оповестили об опасности. Они же и сообщили нам, что все камины в замке работают исключительно в одну сторону, и эвакуация студентов через каминную сеть с помощью летучего пороха просто невозможна. Да и не успели бы мы так быстро переправить такое большое количество студентов, даже если бы и была такая возможность.
Через несколько минут поток испуганных людей увеличился в несколько раз, и мы с остальными преподавателями постарались проконтролировать, как только могли, чтобы всеобщая паника раньше времени не закончилась катастрофой. Буквально за десять минут мы собрали всех студентов в Большом зале, в котором уже не было огромных деревянных столов, но запереть дверь с помощью магии не успели, так как Том уже ворвался в холл школы и одним резким движением направил на двери такое мощное заклинание, что они разлетелись в щепки.
Я с Дамблдором и Минервой отступил вглубь зала, и Том медленной и уверенной походкой вошёл в огромное помещение, заполненное испуганными людьми. Все в ужасе уставились на тёмного мага с бледной кожей и горящими красными глазами, одетого в полурасстёгнутую белую сорочку и чёрные классические брюки, а он, усмехнувшись, произнёс:
— Так вот на чьей ты стороне, мой друг! А же я верил тебе, Северус. Верил. Так же как и ей.
— Ты ничего не добьёшься, убив этих людей! Ты уже ничего никому не докажешь, — твёрдо проговорил я, неотрывно смотря в горевшие ненавистью багряно-красные глаза.
— Ошибаешься, мой друг, — слегка улыбнувшись, тихо, но так, чтобы все его слышали, возразил Том. — Ты даже не представляешь, как ты ошибаешься. Ты очень плохо её знаешь, Северус. Она придёт сюда. Я
— Том! — обратился к нему Дамблдор, сделав шаг вперёд. — Зачем ты всё это делаешь? Неужели ты на самом деле считаешь, что эти смерти безвинных маглорожденных детей принесут кому-то пользу?
От этих слов из груди Тома вырвался леденящий душу смех, а потом, повернувшись к директору Хогвартса, он насмешливо спросил:
— При чём здесь это, Дамблдор? Разве этот двуличный шпион не рассказал тебе, зачем я всё это затеял?
Дамблдор удивлённо посмотрел на меня, и Том сразу понял расстановку сил.
— Неужели ты хотел противостоять мне в одиночку, Северус? — с изумлением в голосе воскликнул он, снова смотря прямо на меня. — Неужели ты не рассказал нашему великому мыслителю, какая же интересная ситуация неожиданно сложилась? Надо же, какая безрассудная храбрость! Я даже проникся к тебе уважением, мой друг! А теперь отойди в сторону и не мешай мне закончить начатое.
— Нет, — твёрдо заявил я и поднял палочку, приготовившись к атаке.
В этот же момент Том резко взмахнул своей палочкой, но я смог отразить его заклинание. Затем уже я наслал на него своё, но он так же легко отбился.
— Прекрасно, Северус! — довольно улыбнувшись, проговорил мой противник. — Но это была лишь разминка!
