Идем между стеллажей с контейнерами: на складе пусто — ни машин, ни людей… Склад кажется дезактивированным — техника стоит на ждущем режиме. Лейтенант не запрашивает машины, то и дело загружает карточку и берет контейнеры. Айнер уже нагрузил и меня, и «спутника», но синей картой так еще и не воспользовался… Тому, что он не взял в помощь машины, есть объяснение — грузы легкие, мы их и так утащим и энергии меньше потратим. Но именно поэтому меня мучает подозрение о нелегальности его действий — с техникой такое просто не пройдет.
Ничего особенного здесь нет. Все это — стандартные продовольственные пайки боевых офицеров — им положены некоторые привилегии. Иногда это здорово раздражает, но стоит вспомнить, что мы и так уравнены настолько, насколько это возможно в обществе с разделением обязанностей, сразу отпускает. Ответственность куда прожорливее других тягот. Если мне кусок сахара перед боем поперек горла встает, высшему составу и мед в горло не лезет. Офицеры знают, когда погибнут и сколько бойцов в бою положат, а мы нет. Недаром наш высший состав вконец отощал за последний год…
А есть вообще хочется ужасно… Стикк сегодня так разошелся, что до столовой я так и не дошел…
«Спутник» ушел — замер у врат склада и ждет нас… Пока мы дошли до секции с синими полосами, Айнер нагрузил меня до предела… Когда он затормозил, я сделал шаг вперед и развернулся, как он велел… Стараюсь уловить каждое его движение… Он загрузил карту…
— Бросай!
Айнер просто ударил мысленным приказом — мои руки разжались, и контейнеры рассыпалась с таким грохотом, что он чуть не выронил карту. Это запрещенный прием передачи!..
— Что стоишь?! Собирай!
Айнер закрыл ментальную линию и перешел на обычную речь. Он достал последний контейнер — теперь помогает мне собрать остальной груз. Не знаю, что он сделал, но мне уже спокойней — больше ничего не осталось, как уйти прочь…
Синюю карту за особые заслуги выдают на месяц, но существует ограничение на получение такой привилегии — понедельный лимит. Теперь он окончен, карту сейчас заблокируют. На загрузочной панели уже появилась пометка — блок установлен.
— Кончай, уходим.
— Лейтенант, здесь что-то не правильно…
— Правильно — охота на сахар прошла успешно.
— Охота?
— На сахар.
Черт… Что он сделал? У нас все четко рассчитано — все продовольствие… Если кто-то возьмет то, что ему не положено, — это скажется на всех… и на нем самом. Какой в этом смысл? Объект нас видел — слепых зон здесь нет. Он нас идентифицировал, он знает… Расстрел… Как я мог?! Мое первое нарушение — и сразу после перевода! Жду сигнала тревоги, но тихо — пустынный склад залит ровным белым светом, значит угрозы безопасности нет.
— Лейтенант, это должны обнаружить.
— Ерунда. Центральной регистрации не было.
— Объект проведет регистрацию при разборе.
Лейтенант остановился и обернулся ко мне… Нарываюсь я…
— Боец, разбор проходит, по крайней мере, при подозрении, что было нарушение. Ты думал, что на преступление идешь… И пошел…
Мне сказать нечего — Айнер этим очень доволен.
— Что ж… Ты пошел за мной. Правильно. Сомнений в командире быть не должно — не дело это. Но и мозги ты не отключил. И это правильно. Соображать, что делаешь, ты тоже должен.
— По вашему совету, командир, стоит думать без расчета, что это сделает система, но не нарушать порядок. Это значит — быть в строю и при этом быть готовым исполнить задачу одному.
Айнер то ли улыбнулся, то ли просто скривил рот…
— Так решительно ты далеко пойдешь, но так отчаянно просто не дойдешь. Стремление куда-то вперед придерживать надо. Это, как упряжка со скингерами, — разнесет, так не остановишь.
— Остановить можно даже диких зверюг Ульвэра — всадники всегда при оружии.
— Ничего не скажешь, считай уже сработались. Тебе осталось усвоить, что нужно делать, чтобы не сойти с грани.
— С какой грани?..
— Мы стоим на ней сейчас. Ты на нее ступил, как только получил перевод, но больше ты с нее не сойдешь, если не оступишься. Теперь слушай. Я беру то, что мне причитается, — только беру раньше, чем положено. Получается — беру немного больше, чем полагается сейчас. Если дожидаться того, что ты точно получишь через неделю, можно не успеть этим воспользоваться до очередного налета. Понял?
— Да, лейтенант…
— Все просто, Герф. На меня есть продрасчет на месяц — столько мои карты действуют. Как и когда я этим расчетом пользуюсь — мое дело. Мой расчет с меня спишут, если я погибну, поэтому и вперед забегать не следует. Но это, в общем, мелочи. Если не зарегистрируют нарушение сразу, то это не будет считаться нарушением, стоит мне дожить до следующей недели. С моей карты просто вычтут то, что я забрал раньше. Так что если я заберу сейчас слишком много, — ничего не получу в следующий раз. Логично — мы не можем заранее взять слишком много потому, что не знаем, сколько еще проживем. Я считаю, что лучше перебиться потом, чем не использовать то, что пока точно можешь использовать. Это что-то вроде границы между легальными действиями и нарушением.
— Но это незаконный поступок, раз такой выбор не предоставлен в официальном порядке.
