Двинулись без промедлений — куда и зачем — думать некогда. Понеслись за командиром обратно на переход. Стикк на ходу сбрасывает защиту… Лесовский тоже решил, что это необходимо, и мне колебаться не пришлось… Бежим через плац к шахтам — вверх по той же лестнице… Дестроер с поста уже ждет на пролете, надрезанный и вырванный из стены люк лежит у его ног… Лесовский рванул в темноту за командиром… бегу следом по затянутому инеем переходному тоннелю… Дестроер вышиб двери — мы на периметре базы, над третьим уровнем, среди черных и желтых полос разметки и гаснущих пометок, предупреждающих, что энергообеспечение приостановлено из-за повреждений… Где-то здесь должен быть замурованный за стенной панелью люк — он обозначен на схеме. Лесовский уже активировал резак, но Стикк поднял руку…
— Стой, здесь не пройдем! Системные преобразователи и накопители слишком близко — рвануть могут, если без разбору резать станем!
Прикинул удаление и уже начал рассчитывать допустимую мощность лучей, но командир отменил…
— Нет, не здесь. Расчет времени на исходе — над бездной между стен такое расстояние не пройти.
Стикк думает — положил руку на пристегнутые к портупее блоки с «разведчиками», но так и не разомкнул их. Эту технику запускать не следует… Проку здесь от нее не будет. И за стенами разведчикам-H6 не пролететь — силовое поле распорок их задержит. Стикк посмотрел на карту и покачал головой…
— Надо двигать по ходу энергосистемы, пока сможем. За мной!
Сердце упало и затаилось где-то за ребрами, уцепившись за них холодными когтями… но отцеплять, поднимать и разгонять его некогда — бросился за командиром. Мое доверие — в таких ситуациях — он заслужил… Владу решимость далась трудней, скрип его зубов отчетливо слышен даже за нарастающим рокотом… Пробираюсь за Стикком по умолкшим трансформаторам, между обесточенными нервами, опавшими венами и остывшими артериями базы… стараюсь не слышать уже близкие раскаты… Стикк поднял руку — остановил нас…
— Стой! Мы в
Точно, Стикк способен сделать это и мертвым — нашими руками, так что нам пора подтянуть нервы и собрать силы, чтобы опередить сигналы боли и вражеские расчеты наших передвижений. Нам предстоит поставить больше тридцати передатчиков, и большую часть из них сожгут… Низкие потолки и сжатые застенки тормозят… Здесь можно встать во весь рост, но постоянно приходится пригибаться под соединениями толстых кабелей… Свет фонарей дрожит, искрами под ногами ползут трещины — панели разошлись, осколки опадают куда-то вниз с проседающими плитами… Обратного пути нет. Третий передатчик прервал сигнал, шестой… и дальше по цепи — они пропадают… Но мы оставили позади и работающие блоки — связь уже не оборвать…
Скоро «увидим» второй пост… А трещины ползут за нами обрываясь провалами… Удары редкие…
— Это здесь!
У наших сапог зашипел, изогнувшись, обугленный кабель… Мы стоим и смотрим на Стикка, потому что идти некуда… А он, надев его обычную издевательскую усмешку, стряхивает пепел с обгорелых ресниц… Что ж, прощай, командир… Но он, хоть уже едва различим за заревом пожара, прощать и не мыслит… Нет, он сжимает руки на раскаленном креплении упавшей трубы, отрывает его и бьет по рухнувшей панели… Панель, расколовшись под ударом, открывает стенные плиты… Зарево не меркнет, жжет шею, расползшись по ошейнику… А Стикк целенаправленно добивает эти осколки…
— Подключай резаки! Люки вышибай! Быстрей!
Никаких дверей здесь нет — только глухая стена, как и везде… Ничего похожего на люк не вижу — резак бьет коротким лучом по указанному шву наглухо запечатанной и запаянной стенной плиты… Мы стоим на месте, а пол уже искрит, рассыпаясь горящей пылью, расплавленными брызгами… волосы на затылке потрескивают… Готовлюсь прыгнуть в пробитую под ногами шахту или сгореть в пламени… Глупо это, но что еще делать?.. Стикк, похоже, решил поступить так же… он уже настроил оружие на предельную мощность… Мы примем бой…
