− Чтобы не было войны, − грустно добавила Лейла. — Еще одной…
Войн у Маренто уже предостаточно, и хоть это не Томиран, в последнее время Эдит связывало с Маренто много обстоятельств, и еще это была все-таки ее страна, а не чужая. Пусть и разделенная с Томираном Морем Стихий, но пока их жители говорят на одном языке, а монархи являются родней по крови, это одна страна, разбитая на две части. Оставалось лишь вздохнуть, встать с кровати, направить силу на очередную тяжелую стену и сдвинуть ее, пусть даже от неимоверных усилий подкашивались ноги, и кружилась голова.
− Кто велел арестовать вас? — спросила она через два часа, когда пришлось вынужденно возглавить команду беглянок, ведя их за собой по тесному узкому переходу из тюремной части Башен в жилую.
− Герцогиня Матиа! — воскликнула со злостью Лейла. — Мы доверяли ей, она обещала нам награду за вашу поимку, но, судя по всему, платить ей было нечем.
Лиравийки приглушенно засмеялись, Эдит же смогла лишь вымученно улыбнуться.
Ей приходилось двигать стены, а потом быстро возвращать их на место, чтобы замок не рухнул ко всем эссентам, впрочем, с учетом всех коридоров и переходов им удалось выбраться наружу довольно быстро. В жилой части Башен дверь на улицу оказалась не запертой, и благодаря доброй воли какой-нибудь веселой разгильдяйки узницам удалось бесшумно выскользнуть наружу, в теплую летнюю ночь. У Эдит снова закружилась голова, и она едва не рухнула на камни.
− Отставить падать! — засмеялась Пинар, подхватив ее под руку. — Лучше скажите, что нам делать, сударыня Листон?
− Лезть через ограду, − ответила Эдит слабым голосом.
Словно кто-то невидимый одарил девушку ранее недоступными знаниями: она пожелала оказаться по ту сторону высоких каменных ворот без усилий и потерь, и внезапно оказалась именно там, за пределами постылой тюрьмы. Головокружение стало еще сильнее, тошнота сдавила горло скользкими пальцами, однако Эдит, отдышавшись, нашла в себе силы, пожелать того же для своих новых союзниц.
− Ты — волшебница? — первым делом поинтересовалась Пинар, когда девушки оказались по ту сторону ограды.
− Почти, − отозвалась Листон уклончиво. Признавать очевидное перед другими абсурдно, они могут не поверить и счесть эссентом, а таких в прежние темпиры было принято жечь на кострах. — Нам надо выбираться из города, и лучше морскими путями. И лучше всего — в Томиран.
− Под чужими именами?
− Именно.
Эдит Листон сделала еще несколько шагов, но внезапно у нее потемнело перед глазами, ноги отказались держать, и она бесславно рухнула на землю без сознания, а Пинар и Лейла едва успели подхватить ее. Первое использование божественной магии не прошло для девушки даром, поэтому ей было суждено провести в забытье весь путь до ближайшей пристани, а очнулась она уже на корабле, отплывающем в Томиран.
Почти как в то злосчастное утро, когда проснулась в плену у Шанталь — разница лишь в том, что на сей раз она была свободна и вольна делать все, что пожелает. А если приобретенное могущество позволит ей обнаружить Мию и помочь ей, то силе точно не будет цены.
Небесная лестница казалась твердой, будто каменная, но на деле едва ли весила хоть чуть-чуть. С каждым шагом Мия понимала все острее, что пути обратно не будет, и что если она не сумеет вызволить Раймонду из плена, то останется там навсегда вместе с ней. А спутники? Смилостивятся ли Богини над ними? Думать пришлось очень долго, с каждой парой неуверенных шагов в голове у девушки появлялась новая мысль, а самая странная и смешная пришла в конце пути. Интересно, заметил ли кто-нибудь из жителей приморского городишки, будь то торговец или рыбак, как четыре человека неспешно поднимаются в розовое рассветное небо по мерцающей едва заметным сверканием лестнице?
Закусив губы, Мия сделала последний шаг, самый широкий и уверенный, и очутилась на зеленом лугу, под голубым небосводом и кронами тенистых деревьев. Здесь, в безраздельном владении богинь и богов, благоухала цветущая красота, радуя глаз изумрудной листвой, упругой травой под ногами, ароматом белых и красных роз, а слух — прекрасным переливистым пением диковинных птиц. Да, это было начало Светлого Царства, а где-то впереди расстилалась природа еще лучше, только Мию осознание этого вовсе не радовало.
Она оглянулась назад — следом поднимались Джетро, Севен и Аман. Последний задыхался и пошатывался, видимо слаб здоровьем. После того, как каждый из них ступил на цветущий луг, лестница исчезла, словно ее и не было — и только тогда Мия подумала о необходимости возвращаться обратно, в мир живых.
С деловитым видом мрачная Севен прошла несколько шагов и огляделась по сторонам. Ей здесь не нравилось, а юноши восторженно оглядывались по сторонам. Того и гляди побегут ловить бабочек и дурачиться, как малые дети. От хорошего настроения Мии не осталось ни следа.
— Ну что? — холодно и с изрядной долей враждебности в голосе спросила Севен. — Где держат Раймонду?
— Вам неведомо это место.
— Это еще почему?
