А сейчас следовало поговорить о главном: быть ли в будущем новым континентам или следует остановиться на шестерых имеющихся и не тревожить пока плодородную землю Терраны новыми всплесками войн, насилия, охоты и кровопролитий. Особенно, пока жив Марениус. Он пока не спустился в Карсан, люди с палками и камнями попросту не поняли бы его сладостных лживых речей, но рано или поздно это случится — и еще один нетронутый злобой клочок Терраны станет опутан сетью грехов. И в том, что пока это делать опасно, обе сестры согласились, немного переговорив и быстро найдя общий язык.
Ссора была прекращена.
Левонт глубоко вздохнула, посмотрев на слабо темнеющие, на горизонте горы, окружающие зловещий черный замок вдалеке. Единственное мрачное место во всем Светлом Царстве, куда попадали не живые и не мертвые хранительницы Воды и Огня, чтобы пройти сложные испытания, решающие, достойна ли женщина жизни или ей суждено стать здесь одним из светлых стражей, которых называли арианами. Некоторых раньше сманивал к себе Марениус, но потом счел это неблагодарным занятием, и прекратил.
− Какой сегодня день в Терране, сестра? — тихо спросила Левонт, сожалея о своей горячности и нетерпимости к чужим ошибкам. Чем она лучше Орионы, если позволяет гневу овладеть собой?
− Двадцать шестой день пятого месяца Зеленой Сестры. Конец весны.
Конечно, деление у людей года на месяцы Зеленой Сестры и месяцы Золотой Сестры — лишь мера, необходимая людям, чтобы не запутаться во времени. Это вовсе не значило, что полгода они почитают одну богиню, а следующие полгода — вторую, ничего такого. Впрочем, будь это так, Ориона и даже Левент бы не прогневались. Они были способны на хитрость и жесткость во благо, но никогда не позволяли себе вымещать злость на тех, кто слабее.
Люди и даже хранительницы не уступают богам в силе и этого никогда не будет.
Жаркий день Светлого Царства обещал смениться теплой душной ночью, и ничего бы не поменялось, не смени вдруг высшие небеса ярко-голубой цвет на грязно-серый. Их заволокли низкие облака, похожие на старую ветошь и готовые немедленно разразиться долгим ливнем, но здесь не бывает дождей, потому что над богами властно лишь слепое мироздание, а оно не делает погоду. Значит, дело в другом.
Охнув, Левонт стиснула ладонь Орионы, и жесткость в широко раскрытых глазах сменилась тревогой. Та лишь покачала головой, стиснула зубы и с трудом сдержала слезы. Когда сюда являлся Марениус, ее любимый и одновременно ненавидимый сын, богиня обычно плакала, и сейчас он вернулся обратно. Тем не менее, нельзя давать свободу боли и горю, иначе чувства задушат ее, лишат сил и терпения, столь необходимого сейчас.
Она — добрейшая богиня и мать истинного зла.
Воздух разрезал свист налетающего серого вихря, и Левонт закрыла лицо руками, а Ориона шагнула вперед, чтобы гадкий мальчишка не навредил тете, которую невзлюбил с детства. Из-за густых зеленых кустов тем временем выбрались высокие сильные мужчины и женщины с крыльями, каждый из которых был вооружен луком и стрелами. Арианы, помощники и защитники богов.
Вихрь остановился — Марениус упал на одно колено и, рисуясь, склонил голову.
− Вставай, − помедлив, велела ему Ориона. — Нет смысла кривляться, если ты пришел с миром.
Сын богини и смертного вскочил на ноги, тряхнул кудрявой шевелюрой и оскалился, желтые глаза хищно сверкнули недобрым огнем.
− Я явился к вам с ультиматумом, матушка.
− У меня нет сына, − едва сдерживаясь от яростных возгласов, ответила Ориона. — Ровно до тех пор, пока ты не возьмешься за ум, юный наглец, и не перестанешь вкладывать людям в головы учения о пороках и прочей дряни, я не желаю знать тебя, Марениус.
− В таком случае я буду счастлив сообщить о своем намерении объединить наши с вами царства.
− Глупец! — отрезала Левонт ледяным голосом, выйдя из-за спины сестры. — Сему не быть! Ты не одолеешь всех богов — ты с кучкой жалких душонок смертных людей. И даже если ты осмелишься напасть на давшую тебе жизнь или убить меня, то тебе не одолеть Мироздания!
− Это мы еще посмотрим.
Эссенты застыли за спиной Марениуса — как их не заметили сразу? Белокожие, серокожие, смуглые, с одинаково стеклянными взглядами разноцветных глаз, они стояли, глядя прямо перед собой. У некоторых кривились зло рты, другие сохраняли спокойствие, третьи хмурились. Они готовы напасть по первому сигналу Марениуса?
Марениус резко взмахнуло рукой — эссенты помчались в бой без малейшего предупреждения, однако арианы подняли луки и выстрелили в них стрелами, несущими полное уничтожение злу. С легким шипением прихлебатели главы Темного Царства растворились в воздухе, от них не осталось даже одежд, лишь запах сгнившей плоти пронесся рядом и бесследно растаял. Бой закончился, не успев начаться. Переглянувшись, сестры улыбнулись одна другой, и Левонт сплела в воздухе крепкие зеленые петли, похожие на лианы из южных стран разных материков Терраны.
