− Я преклоняюсь перед марентийским судопроизводством, − сказала она усталым надломленным голосом. — Тем судопроизводством, что отправляет на плаху невинных, наравне с виновными. Мне известно, что герцогиня Шанталь возвела на меня напраслину в суде, будто на ведьму, способную убить. Так вот, сударыни и вы, Ваше Величество, знайте, что я действительно таковая.
− Раймонда! — шикнула на племянницу Анна.
− Незачем пытаться урезонить меня перед смертью. Моей крови жаждут одиннадцатый год — что же, я буду верить, что пролью ее в наказание за смерть молодого Сенье.
− Да помолчите же вы! — вырвалось у кардиналиссы, и она поспешно схватила трясущимися руками с маленького деревянного стола у стены белоснежный лист, исписанный мелким почерком. — Извольте сперва дослушать до конца, и уже потом делать выводы!..
− Таковы Вионы, Ваше Высокопреосвященство, − тонко улыбнулась побледневшая и притихшая Шанталь, видимо, нашедшая повод снова выслужиться. — Они делают выводы задолго до того, как узнают все необходимые факты.
− А вы, Матиа, извольте хотя бы помолчать. Итак, − кардиналисса подслеповато прищурилась, вглядываясь в текст, − согласно приговору суда герцогини Матиа и Вион приговорены к смертной казни за участие в одном и том же преступлении — нападении на кардиналиссу. Кроме того, они обе упустили опасных преступниц из соседнего королевства, что отягчает их вину. Приговор закреплен государственной печатью и обжалованию не подлежит. Бюрократия — есть бюрократия, − вздохнула с горестью в голосе Анна, отводя взгляд от бумаги, и тогда Раймонда поняла: тетушка не желала этого. Марениус переиграл их всех, зная, что менять тысячелетние законы ради одного инцидента никто не станет. — Но у любого правила есть исключение.
− Занятно, − вяло кинула Шанталь.
− Согласно королевскому указу, − голос Ее Величества Виолет Готье чуть-чуть потеплел, − вы имеете возможность избежать столь печальной участи, если исполните нашу волю.
У Раймонды отлегло от сердца — совсем чуть-чуть, и то благодаря теплому, успокаивающему взгляду кардиналиссы. Без сомнения, такой ход был предпринят манипуляции ради, но чего пожелает Ее скорбящее Величество?
− Мы слушаем вас, − угодливо сказала Шанталь и даже поклонилась.
− Обстоятельства сложились так, что ради мира в нашей стране — если не всей бывшей Марентии, то хотя бы Маренто, нам нужны упущенные вами шпионки, − теперь королевский голос был холоднее льда и острее клинка. — Разумеется, живыми. Нам бы не хотелось смерти ни одной из вас, но приговор уже вынесен, а не исполнить его равносильно сеянию смуты и беззакония. Герцогиня Вион, герцогиня Шанталь, вы должны привезти этих девиц обратно в Матрес. Добровольно или силой, не имеет значения.
− Разве не в королевской компетенции менять законы? — заносчиво спросила проклятущая Шанталь.
− В военное время это невозможно, и в целом неразумно.
− Ваше Величество, − услышала Раймонда свой хриплый от напряжения голос, − я счастлива буду исполнить ваш приказ. Служу короне и Маренто.
− Служу короне и Маренто, − неохотно вторила ей Шанталь.
Наверное, две юные нахалки удрали в Томиран к своему королю, чтобы выложить ему все марентийские тайны и секреты, и лучшее, на что могла рассчитывать Раймонда, что Мия Мелтон не зубоскалит над минувшей дружбой с ней. Хотя она никогда не производила впечатления двуличной особы, всего лишь наивная запутавшаяся девица — чего, пожалуй, не скажешь об Эдит Листон. Хорошо, что в Листон есть доброта и отзывчивость, иначе ее было бы гуманнее пристрелить.
А теперь им с Шанталь предстоит поймать тех, кого они не так давно наставляли на путь истинный. Занятная, однако, штука судьба! Но почему же тетушка не предупредила ее о неприятном сюрпризе заранее? Запретила королева или официоза ради? А может причина в другом, но едва ли кардиналисса ею поделится.
Благосклонно кивнув головой, Ее Величество Виолет позволила приговоренным оставить приемную, чем те воспользовались с облегчением и радостью. Но на душе у Раймонды снова бушевали странные смешанные чувства, какие бывают при непринятии новых обстоятельств, тяжелых и от людей толком не зависящих. Кардиналисса очень тихо проследовала за ними, Раймонда едва слышала ее шаги и совсем не удивилась, когда тетя тронула ее за руку.
− Я прошу извинить меня, Раймонда, − произнесла Анна, мрачно проводив взглядом удаляющуюся фигуру Шанталь.
− Просто извинить? — не сдержала та саркастичную ухмылку. — За зачтение смертного приговора? Не могу поверить, что вы это всерьез.
− Мне это было не по душе, но страной управляю не я, а королева, поэтому последнее слово обычно за ней. Она напомнила мне о событиях десятилетней давности, как и то, что в то время пошла у меня на поводу. И в этом имелась изрядная доля истины.
У Раймонды дернулся глаз.
− Как всегда у власть имущих.
− Не судите столь строго, герцогиня. Постарайтесь меня понять.
