Моя спина с грохотом встретилась с холодной, беспощадной землёй, выбив из лёгких весь воздух. Но я продолжала пинаться, отползая по утоптанной земле прочь от него.
Он бросился на меня.
— Вернись!
Вокруг всё задрожало. Грохот отразился эхом. Удар ветра налетел на меня, словно яростный шквал. Мужские крики. Каменные обломки и щебень обрушились с неба, погребая солдата под глыбами вместе с другими. Его рука дёрнулась ещё раз, другой, третий…
Застыла.
Сердце бухало в груди, будто барабан, пока я поднималась на ноги, стряхивая с лица каменную пыль и оглядывая разрушения. Это что?.. части башни катапульты?
Хаос нарастал. Опасность витала в воздухе так ощутимо, что я едва могла дышать, пробираясь сквозь толпу. Холодный вечер резал лёгкие, дыхание вырывалось хрипами. В воздухе смешались запах дыма, железа и крови. Обогнув завалы и людей, откапывающих раненых солдат, я протиснулась к барбакану, устремив взгляд к дубовой двери.
Если дверь будет открыта — я справлюсь. Если нет — всегда можно вернуться к стене и от…
Что-то врезалось в меня.
Нет, не что-то. Кто-то.
Я пошатнулась в сторону и оказалась в руках взволнованной леди Брисден. В её глазах застыл ужас.
— Быстро! Мы должны как-то вывести тебя отсюда!
— Что? — мысли путались, когда накатила волна ужаса. — Что ты ещё здесь делаешь? Почему ты не сбежала от атаки?
— Он приказал следить за тобой, — сказала она, уводя меня прочь от подземелий. Её зелёное платье было в грязных пятнах. — Брисден знает, Галантия. Он знает, кто ты. Хуже того — он уверен, что ты можешь оказаться предназначенной принцу Малиру. Вся стража получила приказ найти и схватить тебя.
Воздух застыл в моих лёгких. Так вот почему тот солдат пытался схватить меня…
— А что с каретой? — спросила я.
— Как только я узнала от своей горничной об открытии лорда Брисдена, я оставила конюшни и отправилась искать тебя, — сказала она.
Смысл её слов тяжёлым грузом лег на мою грудь. Леди Брисден, никогда не проявлявшая ко мне ни капли любви, отказалась от кареты — своей единственной возможности к бегству, — чтобы… предупредить меня? Эта мысль потрясла меня до глубины души, разрушив ледяную скорлупу горечи, которой я столько лет обрастала из-за неё.
— Галантия! — она схватила меня за плечи и встряхнула. — Лорд Брисден готовит корабли, бухта скоро будет полна, но и здесь ты оставаться не можешь!
Я моргнула, выдохнула, и сознание прояснилось. Нет, оставаться здесь нельзя. Тем более играть жертву в подземельях.
Я подняла взгляд к стенам, где девять из десяти башен катапульт оставались целыми, и солдаты судорожно перезаряжали сети.
— Мне нужно попасть повыше. Это единственный способ заставить себя обернуться, но только не в этих местах, — я кивнула в сторону катапульт. — Наши покои слишком далеко, да и там меня будут искать в первую очередь.
Леди Брисден кивнула, её причёска разлетелась, шпильки вываливались.
— Колокольня!
Не успела она договорить, как повела меня обратно во внутренний двор. Мы проталкивались сквозь хаос, ускоряя шаг, пока не достигли часовни. Её шпиль с колокольней вздымался в небо, затянутое чёрными тучами. Нет, не тучами…
Целым чёрным воро́ньим роем.
Один ворон упал с неба, разрастаясь всё больше, пока не рухнул рядом со мной с тяжёлым грохотом. Его крылья ещё трепетали вокруг стрелы, торчащей из груди, беспомощно толкая птицу по земле, пока мышцы не свело, а затем не сковало окончательной неподвижностью.
Когда мы добрались до входа в часовню — двери лежали в щепках, а огромные обломки валялись на земле — сильная рука вцепилась в мою руку.
— Стоять!
— Нет! — закричала я, яростно вырываясь, но хватка только усилилась, дёрнув меня назад.
Глаза леди Брисден расширились, и она бросилась на мужчину.
— Беги, Галантия!
Солдат отшатнулся от меня, чтобы ударить её тыльной стороной ладони в железной перчатке. Металл со звоном встретил её щёку, сорвав с неё крик боли.
Мой желудок сжался.
Она пошатнулась. Тело качнулось. Колени подломились. Последнее, что я увидела — как она теряет равновесие, а солдат снова выпрямляется передо мной.
Он потянулся ко мне, но его рука так меня и не коснулась.
Из тьмы вырвались щупальца мрака и оплели его в смертельных объятиях. Солдата скрутило, крик его задушил чёрный кокон, сжимавший всё сильнее, пока броня не заскрипела под натиском. Изнутри сочилась алая кровь, поблёскивая в свете поднимающейся луны.
Я перевела взгляд на женщину-Ворона, выходящую справа. Одна сторона её длинных волос была сбрита, чёрные одежды переливались тенями. Ткачиха смерти.
