— Конечно, если у тебя есть сомнения, можешь настаивать на расследовании, — добавил Себиан. — Сделай из этого публичное зрелище, хуже того, что творится сейчас, на первом дрифе за десятилетие! Если хочешь, чтобы все услышали пять одинаковых свидетельств о том, что она сделала, та женщина, которую ты не смог очаровать для связи, то пожалуйста, вперёд.
На короткий, мучительный миг лицо Ароса исказилось, будто от физической боли. Он покачал головой — дрожащим движением, выдавшим внутреннюю борьбу. Но затем, словно смирившись с мрачной правдой, это движение перешло в один-единственный неохотный кивок. Он развернулся, будто собираясь уйти, но резко обернулся и опустился на колени.
Опустив голову, его голос прозвучал почти шёпотом земле.
— Могу ли я забрать её останки с собой, мой принц?
Малир колебался лишь мгновение.
— Конечно.
— Здесь больше не на что смотреть, — крикнул Себиан, когда Арос поднялся и побрёл прочь, отгоняя любопытных зевак обратно в гомон дрифа. — Идите выпейте. В ближайший час вино течёт рекой — и платит ваш принц!
Малир закатил глаза в такт ликующей толпе, затем мягко опустил взгляд на меня.
— Я не хотел испортить тебе праздник.
— Со мной всё в порядке.
Если я и испытывала какие-то неприятные чувства к этому, то лишь жалость к Аросу… и, возможно, к Малиру. Ему не могло быть легко сделать это. Но он сделал. Ради меня.
— Ничего, блядь, не испорчено, пока мы сами не позволим этому случиться, — добавил Себиан, ничуть не смутившийся смертью Лорн. — Вот, смотри. — Он указал на высокие деревянные столбы с кольцами и сетями, прикреплёнными к стене замка, с верёвками и блоками, тянувшимися над тропой, отмеченной затейливо вырезанными символами. — Я как-то раз сломал себе, блядь, маховое перо на одном из этих, когда мне было… лет девять, что ли.
Желая поддержать Себиана в его попытке вернуть радость этому моменту, я повернулась к аттракциону.
— Для чего это?
— Это полоса препятствий, — объяснил Себиан, указывая на кусок чёрной ткани, свисавший с крюка высоко над землёй. — Видишь её? Кто проходит быстрее всех, тот и получает ткань. — В тот же миг один ворон из стаи схватил её клювом, и тут же из нижней части выбежала молодая женщина. Под одобрительные крики толпы она подняла ткань высоко, развернулась и протянула её. — Ворон пытается ухаживать за ней, дарит это в её гнездо. Ну что скажешь, Малир? Готов попробовать?
Малир скрестил руки на груди, разглядывая кольца и сети. Уголки его губ приподнялись, обещая ещё одну улыбку… но тут же опустились, когда он покачал головой.
— Похоже, это весело, — сказала я, желая увидеть ту редкую улыбку, что озаряла тёмные коридоры его души.
— Нет, это определённо похоже на сломанные маховые перья, — сказал он. — И хоть я не против лишиться одного, точно не стану делать это ради пустого развлечения.
— Ну, — Себиан фыркнул, — ты просто ищешь причину, чтобы избежать поражения.
— А что не так с простым удовольствием от процесса? — Может быть, именно этого ему и не хватало, чтобы суровые губы вспомнили, как улыбаться, чтобы лёгкие вспомнили, как смеяться. — Как насчёт вот этого? Если ты выиграешь, я…
Это заинтересовало Малира: его глаза сверкнули, он поймал мой взгляд, приближаясь.
— Ты…?
Его близость послала волну тепла сквозь меня; тени, что естественным образом стекались ко мне, стали пугающе интимными, моя пустота втягивала их глубже.
— Я буду каждое утро я буду заплетать тебе волосы.
Глаза Малира на мгновение расширились.
— Отлично.
— Значит, договорились. — Себиан оскалился и подмигнул мне. — Но платишь ты.
— Разумеется… — Малир вышел вперёд, протянул женщине, что только что повесила новый кусок теневой ткани на крюк, сверкающую монету. — Мы с другом пойдём следующими.
Женщина кивнула и быстро приняла монету.
— Конечно, принц Малир.
— Это принц Малир… — прошел шёпот по толпе, прежде чем превратился в восторженный клич. — Сам принц идёт на полосу!
Головы повернулись, глаза зажглись ожиданием, радостные крики сплелись в ощутимую ткань возбуждения. Я не могла не поддаться этому моменту: в животе защекотало предвкушением.
Себиан вытянул руки, потом сделал несколько широких кругов.
— Только постарайся поспеть за мной. Я знаю, все эти обязанности принцы заставили тебя немного заржаветь. Не хотелось бы, чтобы ты сломал одно из своих королевских крыльев.
— Если бы мы судили гонку по длине твоего языка, ты выигрывал бы всегда, — сказал Малир с улыбкой, и всё напряжение последних недель между ними растаяло, обнажив давнюю дружбу. Мне это нравилось. Очень. — Посмотрим, быстры ли твои крылья так же, как твой язык.
По зову женщины Малир и Себиан обернусь. Стая Малира рванула в воздух, прорезая первые обручи с бешеной скоростью. Птицы Себиана закружились, ныряли и кувыркались, их акробатические трюки сокращали отставание под восторженные аплодисменты толпы.
— Галантия.
Я вздрогнула от этого голоса и обернулась к Сиси. Конечно, кареты, что прибыли сегодня… я должна была догадаться.
— Зачем ты здесь?
