Тени Темного кристалла полностью

– Я пытаюсь выяснить правду о моем брате. И он – не камень, который можно выбросить в дикий лес.

Великан не стал спорить, только покачал головой из стороны в сторону. Найя не ожидала, что он изменит мнение, расстроилась, когда он вовсе не ответил, но промолчала. В несогласии ничего страшного не было, поскольку никто из них не пытался обидеть другого. Когда они вернулись к Кайлану, у Найи в голове стало тесно от мыслей. Чтобы отправиться на север, ей пришлось задвинуть многие из них подальше. Так лучше всего, объясняла она себе. Но теперь она никак не могла забыть иносказание урВа, и ее распирало от беспокойства. Она вспомнила слова фантомов, порожденных виной Древа-Колыбели, и поежилась.

Тебе не хватит сил.

– УрВа, – произнесла она и замолчала. Она хотела задать вопрос, пока они оставались наедине.

Он замедлил шаг и повернул свою голову, чтобы посмотреть вниз на нее. Она вонзила пальцы ног в землю и сжала рукой косички.

– Я слышала голоса. Прошлой ночью. Они говорили ужасное. Но… это ведь была магия Древа-Колыбели, да? Эхо моих страхов, пытающееся страхами повергнуть меня в одиночество точно так же, как жилы Кристалла поступили с деревом.

– Хм-м-м, – пробурчал урВа. – И да, и нет.

– «Да» и «нет» противоположны друг другу, – сказала Найя, хоть ее и огорчало утверждать очевидное.

– Такое случается… Послушай, магия Олейка-Стабы может показать лишь то, что уже есть. То, что было. Если ты что-то услышала, значит, кто-то такое сказал. Если ты что-то увидела, значит, кто-то это сделал. Но запомни: слова способны принимать разные формы.

Найя колебалась между желанием разгадать его загадки и желанием бросить пытаться их понять.

– То есть вы говорите, что то, что я слышала, правда? Или, по-вашему, мое воображение надо мной подшутило?

Ее собеседник улыбнулся и кивнул, и она задумалась, может, он плохо слышит?

– Слова способны принимать множество форм, – повторил он, отвернулся и легкой походкой пошел дальше.

Они застали Кайлана сидящим, скрестив ноги на камне, со скрижалью и книгой в руках: он создавал снооттиск. Судя по тому, насколько он был сосредоточенным и сколько слов уже создал волшебной силой, Найя догадалась, что он записывал то, что прочел на стенах жилища урВа, творил копию, которую мог забрать с собой, чтобы никогда не забыть увиденное.

– Надо же, какой умный, – порадовался урВа.

Он прислонил лук и почти опустевший колчан к валуну и принялся рвать толстые листья на удобные для поедания кусочки.

– Вы знаете, зачем нужны слова. Чтобы передавать сообщение из одного места в другое, даже после того, как создавший их мастер сновидений умер и покинул мир.

Кайлан отложил свои записи и подошел к ним, чтобы помочь готовить обед.

– А ты научилась пользоваться той штукой? – поинтересовался он. – Помогла ли она тебе… поймать дерзкий необузданный куст?

Найя фыркнула.

– Нет, урВа не пользуется луком для охоты.

– Зачем же он ему? В зубах ковыряться? Ему костей для этого не хватает?

Она не ответила, набив рот листьями, и Кайлан понял, что к ней лучше не приставать. Ей не хотелось говорить о стрелах, которые использовались только для того, чтобы стрелять в лес, и больше ни для чего. И ее не тянуло говорить о противоположностях, которые одно и то же, и даже о том, нужно или нет произносить фразы вслух, для того чтобы они оказались правдой. Листья и ягоды оказались безвкусными, но сытными, и даже Нич сжевал один или два кусочка. Они быстро утолили голод, собрали вещи и отправились в путь.

Найя представляла себе, что без помощи урВа Темный лес не был бы совсем непроходимым, но готова была признать, что если бы они с Кайланом шли сами, то их путь стал бы намного дольше. Великан знал каждое дерево, каждую моховую кочку и каждый дисковидный гриб на спине каждого слизняка. Он был незаметен и порой так сливался со стволами деревьев, что Найя боялась потерять его из виду. Летуны парами садились на его одежду, пощипывали ее разок-другой и упархивали вперед. Пусть он не использовал лук для охоты, Найя помнила, с какой скоростью он поймал ее бола, когда они находились в котловине Древа-Колыбели. Если бы урВа пришлось стрелять из лука, чтобы добыть себе дичь, Найя была уверена, что из него получился бы смертельно опасный охотник.

Спустя некоторое время урВа замедлил шаг, чтобы Найя и Кайлан смогли его догнать, и сказал им:

– Вас кто-то ищет.

Найя напряглась, повертела ушами во всех направлениях, но услышала лишь какофонию леса. Очевидно, Кайлан проделал то же самое с тем же результатом, потому что спросил:

– Как вы определили?

Великан указал наверх, и Найя посмотрела туда. С удивлением она узнала утес, к которому их выводила дорога и с которого свисал обломок моста. Теперь она поняла, что и мост являлся ветвью Древа-Колыбели, которая разбилась и обрушилась, когда великое дерево захватывали потемневшие жилы Кристалла.