— Эй, психопат, — ласково позвала я Вольмонта. Тот меня услышал, тут всё очевидно, но разъярился только сильнее. — Ты меня убивать собираешься?
Молчание длилось непозволительно долго. Меня это начало нервировать.
— Давай так: если у тебя хоть капля чести осталась, ты ведь не убьешь меня во сне, — заявила я смело, хоть внутри меня всё сжималось от страха. — Давай уже завтра, хорошо? Ну или… когда? Тут вообще непонятно в этой темноте, когда там завтра, сегодня и прочее. В общем! Если собрался меня убивать, перенесем на после сна, хорошо?
Вольмонт резко обернулся, стрельнув в меня накопившейся ненавистью.
— Заткнись! Заткнись уже! — Разозлился он. — Из-за тебя я здесь!
— Но не на плахе же! — Воскликнула я, парируя. — Ну давай, дубалом, подумай мозгами, которые ты очевидно сегодня с собой не взял… (Вольмонт опасно шагнул на меня) еще один шаг, и я из тебя ветчину сделаю!
Приготовилась к очередному удару. Возможно, Вольмонт был сильнее меня, здоровее, опытнее. Но это я пару часов назад двинула ему так, что он впечатался в стену. Предусмотрительно притормозил. Стиснул зубы и кулаки. Ненависть, словно летнее марево, струилось вокруг его силуэта.
— Мерзавка, — зашипел на меня он.
— Айрис, приятно познакомиться, — огрызнулась я. — Интересное у тебя имя.
Он на меня рыкнул и сделал еще один шаг.
— Дура!
— Сам дурак! — Крикнула я, разминая конечности. — Ну, воспользуйся уже мозгом, дубалом! Хорошо, я тебя спасла, сволочь такая, мне нет прощения. Но теперь ты здесь.
— Да! Теперь я здесь!
— Но Император не отдал приказ о твоей казни! — Наорала в ответ. — А значит… (Вольмонт молчал) ну, подумай же! Он не собирается этого делать!
— Значит, лучше сгнить? — Рявкнул он. — Здесь? С тобой?!
— А ты думаешь, я от радости порхаю, что мне даже клетку отдельную не выделили?! — Наорала в ответ. — Да, мы вляпались. Но подумай о том, что где-то там во Дворце бродит двуликий. Это разве не повод переживать? Давай хотя бы прикинем: что мы видели? Ну, хорошо, мы здесь сгнием, но хотя бы что-то раскроем! Или попытаемся! Ты спирит или не спирит?
— Заткнись! — Наорал снова он.
— Ясно, — вздохнула. — Ну, так что? Договорились? Убийств во сне друг друга не будет?
Вольмонт молчал. Отвернулся, подошел к решетке, вцепился в прутья. Вздохнула, нервно помялась на месте, затем присела на лавку. Ну ладно, если он меня убьет ночью, может, я и не почувствую…
Спала ли я? Сложно назвать сном то состояние, когда ты вроде бы и спишь, но в одно и то же время подглядываешь за реальностью, отслеживая каждое движение. А этот ненормальный исходил всю нашу клетку вдоль и поперек, будто намеренно нервируя и не давая мне уснуть. Но в какой-то момент я все-таки окончательно провалилась и… проснулась резко, села, огляделась. Итак, я все-таки поспала, не сказать, что крепко и сладко, но момент, когда Вольмонт уселся на свою лавку и прикорнул, упустила.
Ладно. Села. Потянулась. Нет, условия ничего так. Я в Академии тоже на жесткой кровати спала. Для спины даже полезно! Ничего страшного, прорвемся. Но раз уж я бодра и весела (просто колотило от страха, но я предпочитаю верить в лучшее), встала, обошла клетку, а затем принялась делать зарядку. Делала всё тихо, Вольмонт спал. Видимо, выдохся. Не попытался убить и на том спасибо. А то я что-то уже беспокоиться начала…
Размялась, как следует, как никогда — ну, а что? Делать здесь особо нечего. Друзья у меня явно не появятся, это мы уже поняли. А сдаваться я и не собиралась. Подумаешь, сижу за решеткой в темнице сырой? Бывают неприятности и похуже. Например, плаха. Вот. А я просто сижу. Вот. Плюсы есть во всём.
Размявшись, принялась выделывать акробатические номера. Оружие, понятное дело, у меня отняли. Но отработать навыки ближнего боя никто не запрещал. Я двигалась почти бесшумно, но мне нужно было сбросить напряжение. Вот я и занималась. Пока не прилетело.
— Что ты делаешь?
Столько возмущения в этом вопросе. Я как-то чуть больше расслабилась, когда он проснулся так, будто я ему под дых дала. Тоже боялся, что я его во сне задушу. Что же, это неплохо. Однако к своему удивлению его вопрос не показался мне насквозь пропитанным ненавистью и желанием меня убить.
Это почти перемирие. А я за него выступала целиком и полностью. Так что продолжила оттачивать навыки.
— Если мой организм меня не подвел, сейчас утро, — ответила я спокойно, как будто не было вчерашней перепалки, нашего раздора. Лучше худой мир, чем добрая война. — А утром у меня всегда тренировки. Я должна поддерживать форму, а иначе Сонар мне потом не простит.
Сделала еще несколько движений, Вольмонт молчал. Похоже, он тоже пожалел о вчерашнем. Да, может быть, не о том, что душил меня, а скорее о собственной безопасности. Хорошо, я его боялась, ведь он на меня набросился. Но будем честны: он не железный, он тоже устает. Обидь он меня чуточку сильнее, и я тоже задушу его при первом удобном случае.
