— Джеймс, мы — семья. Ты должен оставить прошлое и жить ради нас. Ради Оливера.
Её слова вызвали в нём прилив раздражения. Он встал из-за стола, отодвигая стул с резким скрипом.
— Ты говоришь о семье? — с горечью переспросил он, смотря ей прямо в глаза.
— Если это семья, то я не знаю, что тогда ад.
Софи выпрямилась, её лицо стало более жёстким.
— Мы оба сделали выбор, Джеймс, — сказала она.
— Ты сам знал, на что идёшь. Ты не можешь вечно винить меня.
Он почувствовал, как внутри всё кипит. Вспомнив лицо Лимы на фотографии, он прошептал:
— Если бы я мог вернуть всё назад…
Софи уловила его слова и усмехнулась.
— Ты всё ещё думаешь о ней, да? Ты правда веришь, что она ждёт тебя? — её голос был ледяным.
Джеймс повернулся к ней, его глаза сверкали от злости.
— Ты не имеешь права говорить о ней, — ответил он низким голосом.
Софи чуть склонила голову набок, её взгляд стал насмешливым.
— Ты уверен, что она не нашла кого-то лучше? Или, может, её жизнь теперь куда счастливее без тебя?
Он сжал кулаки, но не позволил гневу взять верх.
— Я найду её, — твёрдо сказал он, глядя ей в глаза.
— И я сделаю это не ради тебя, не ради нас. Ради себя.
Софи улыбнулась, но её улыбка была лишена тепла. Она сделала шаг назад, оставляя его наедине с мыслями.
Когда она ушла, Джеймс вновь посмотрел на фотографию Лимы.
В его сердце разгоралось решимость. Оливер был важен для него, но жизнь с Софи становилась невыносимой.
Единственное, что могло спасти его, — это попытка найти ту, кого он действительно любил.
Софи ушла, оставив за собой только тишину и запах её дорогих духов, который всегда раздражал Джеймса.
Он вновь остался один в пустой галерее, с бокалом виски в одной руке и фотографией Лимы в другой.
Он не мог избавиться от слов Софи: «Ты правда веришь, что она ждёт тебя?».
В глубине души он знал, что она, скорее всего, не ждёт. Лима всегда была сильной, и если кто-то мог построить жизнь после такого предательства, то это была она.
Но он также знал, что больше не может жить так, как сейчас.
Его существование стало бессмысленным. Единственным светлым моментом в этой тёмной жизни был Оливер.
Этот маленький мальчик заставлял его улыбаться даже в самые мрачные дни. Но даже ради сына он не мог продолжать жить с женщиной, которую презирал.
Джеймс сел за стол, положив фотографию Лимы перед собой.
Он вспомнил те дни, когда их связь была сильной, когда они мечтали о будущем….
Последние месяцы Лима жила в привычном ритме. Работа, забота о дочери, редкие встречи с друзьями.
Одним из её клиентов был Виктор — успешный ресторатор, заказывавший у неё иллюстрации для меню своего нового заведения.
Он был вежливым, очаровательным и не скрывал своего интереса. Лима же, как и всегда, держала дистанцию.
— Лима, вы не можете всё время работать. Позвольте мне показать вам, что такое настоящее удовольствие, — говорил он с улыбкой, подавая ей чашку кофе, когда они встретились в его новом ресторане, обсуждая детали иллюстраций.
Она подняла взгляд и слегка улыбнулась, но её ответ был твёрдым:
— Спасибо, Виктор, но я не ищу ничего серьёзного. Мне комфортно так, как есть.
Моя работа и Эмили — это всё, что мне нужно.
Виктор, не утеряв своей вежливости, наклонился немного ближе, пытаясь не выглядеть настойчивым, но с явным интересом в глазах:
— Неужели ты действительно считаешь, что твоя жизнь может быть полной без хотя бы маленького перерыва?
Ты заслуживаешь того, чтобы почувствовать что-то большее, чем просто заботу о работе и дочери. Зачем ограничивать себя?
Лима почувствовала лёгкое беспокойство, но быстро взяла себя в руки. Она отставила чашку и с улыбкой ответила:
— Я не говорю, что не заслуживаю отдыха, Виктор. Но я предпочитаю выбирать своё время для этого. И сейчас у меня есть важные приоритеты. Я не хочу искать чего-то большего.
Виктор немного склонил голову, понимая, что Лима не сдаётся так легко, но не теряя надежды:
— Ты говоришь это с таким спокойствием, как будто твоё сердце не ищет чего-то большего, чем ты можешь себе позволить.
Иногда комфортная зона может стать ловушкой, Лима. Ты не боишься, что однажды окажешься в этой ловушке?
Лима взглянула на него, не скрывая лёгкой настороженности, но её голос остался мягким:
— Я знаю, чего мне не хватает. И я не думаю, что эта "ловушка" — это то, что мне нужно.
Виктор не сдавался. Он взглянул на неё с лёгкой усмешкой, подойдя чуть ближе:
— Я не собираюсь настаивать, Лима. Но если ты передумаешь, если когда-нибудь захочешь выйти за пределы привычного, знай, что я всегда рядом.
Она подняла глаза и увидела, что его взгляд был полон чего-то большего, чем просто деловое предложение. Её сердце немного ёкнуло, но она постаралась не поддаваться эмоциям.
— Спасибо, Виктор. Но, как я уже сказала, я довольна тем, как всё есть.
Он посмотрел на неё с лёгким сожалением:
— Ты не знаешь, как много возможностей ты упускаешь, Лима.
Но, возможно, это то, что ты хочешь.
Прошло несколько дней после встречи с Виктором, но его слова всё ещё звучали в голове Лимы.