— Всё будет хорошо. Я уже еду. Дыши глубже, милая. Я рядом.
Он бросил телефон на стол и, схватив ключи, выбежал из офиса, буквально прыгая в машину. Дорога к дому казалась бесконечной, хотя он ехал так быстро, как только мог.
Когда он подъехал, Лима уже ждала его у двери, одной рукой опираясь на косяк, а другой придерживая живот. Её лицо было побледневшим, но глаза выдавали решимость.
— Марта, пожалуйста, присмотри за Эмили и Оливером, — попросила Лима перед уходом, её голос звучал дрожащим, но твёрдым.
— Конечно, не волнуйтесь, — заверила Марта, мягко касаясь её плеча.
Джеймс взял Лиму за руку, помогая ей добраться до машины.
— Ты справишься, милая. Я с тобой, — сказал он, поцеловав её в лоб.
Дорога до больницы прошла в напряжённой тишине, лишь изредка нарушаемой резкими вдохами Лимы во время схваток.
Когда они добрались до частной больницы, медсестры сразу же встретили их и помогли Лиме пересесть в инвалидное кресло.
— Дышите глубже. Мы обо всём позаботимся, — мягко сказала одна из медсестёр, катя кресло к лифту.
Джеймс следовал за ними, не отходя ни на шаг.
— Я хочу быть с ней, — твёрдо заявил он врачу, который встретил их в родильном отделении.
— Конечно, но нужно подготовиться, — сказал врач, вручая ему стерильный халат и маску.
Когда Лиму привезли в родильный зал, она уже едва сдерживала крики. Джеймс сел рядом, сжав её руку.
— Лима, ты моя героиня, — сказал он, смотря ей в глаза.
— Я здесь. Я держу тебя.
— Я боюсь, Джеймс, — призналась она сквозь слёзы.
— Ничего не бойся. Ты сильная. Мы справимся вместе, — ответил он, поглаживая её по волосам.
Схватки усиливались, и спустя несколько мучительных часов крики ребёнка наполнили комнату.
— Это девочка! — объявил врач, улыбаясь, держа крошечный свёрток.
Слёзы радости хлынули у Джеймса и Лимы одновременно. Когда младенца положили на грудь матери, Лима почувствовала, как её сердце наполнилось безграничной любовью.
— Она такая красивая, — прошептал Джеймс, целуя Лиму в лоб, а затем осторожно погладив малышку по крошечным пальчикам.
— Спасибо тебе, — прошептала Лима, её голос дрожал от эмоций.
— Спасибо за всё.
— Это я должен благодарить тебя, — ответил он.
— Ты дала мне целую вселенную. Я люблю тебя.
— Я тоже тебя люблю, — сказала Лима, глядя на него сквозь слёзы.
— Как мы назовём её? — тихо спросил Джеймс, смотря на ребёнка.
Лима задумалась на мгновение, а затем с улыбкой произнесла:
— Может быть, Эвелин?
Джеймс улыбнулся.
— Эвелин… Красивое имя. Наш маленький ангел Эвелин.
Они смотрели на свою дочь, осознавая, что этот момент станет началом нового, ещё более счастливого этапа их жизни.
Мягкий свет утреннего солнца проникал сквозь шторы больничной палаты, обволакивая её тёплым сиянием. Лима сидела на кровати, опираясь на подушки, её лицо светилось тихим счастьем. В её руках лежала крошечная Эвелин, мирно посапывающая, едва заметно шевеля ручками. Джеймс сидел рядом, его взгляд был полон благоговения и любви.
— Знаешь, — тихо начал он, касаясь крошечной ладошки своей дочери, — я думал, что уже испытал все сильные эмоции в жизни. Но видеть её… Это нечто за пределами слов.
Лима улыбнулась, её пальцы мягко провели по щеке ребёнка.
— Она такая крошечная, но кажется, будто в ней заключён целый мир, — ответила она.
— Кажется, будто она собрала всё хорошее, что есть в нас двоих.
Джеймс осторожно накрыл её руку своей, переплетая их пальцы.
— Ты понимаешь, что с этого момента наша жизнь никогда не будет прежней? — спросил он, глядя на Лиму.
Она кивнула, её глаза блестели.
— Да. Но я готова. Всё, через что мы прошли, привело нас сюда. К ней. И это стоит всего.
Джеймс улыбнулся, его взгляд переместился на лицо Лимы.
— Лима, ты была невероятной. Я видел, как ты боролась, как справлялась, даже когда тебе было трудно. Ты подарила мне её, и я не могу выразить, насколько я тебе благодарен.
Лима смущённо улыбнулась, её голос звучал мягко.
— Джеймс, ты тоже был рядом. Ты всегда был рядом. Без тебя я бы не справилась.
Он склонился, чтобы нежно поцеловать её в лоб, а затем мягко коснулся губами макушки Эвелин.
— Она — наше чудо, — прошептал он.
Лима посмотрела на него, её глаза наполнились теплотой.
— А ещё она наш шанс. Шанс на всё новое, чистое. На всё, что мы строим вместе.
Позже, в тишине палаты, Лима вновь склонилась над малышкой, наблюдая, как она спит. Джеймс сидел рядом, держа Лиму за руку. Мгновение казалось почти нереальным.
— Как думаешь, какая она будет, когда вырастет? — спросила Лима, слегка повернув голову к Джеймсу.
— Умная. Добрая. Немного упрямая, как её мама, — пошутил он, подмигнув.
— А ещё заботливая и смелая, как её папа, — ответила Лима, улыбаясь.
Джеймс притянул её ближе, их головы соприкоснулись.
— Мы будем для неё лучшими родителями, — твёрдо сказал он.
— И она будет знать, что всегда любима.
Лима почувствовала, как её глаза наполняются слезами.
— Иногда я думаю, что всё это — сон. Что я проснусь, и этого не будет.
— Но это не сон, Лима, — уверенно сказал Джеймс, глядя в её глаза.
— Это наша реальность. Мы сделали это. Вместе.