Тео. Теодор. Мистер Нотт. полностью

Тем не менее, слова Пайка посеяли зерно сомнений у Теодора. Он мог бы, коли уж отменились дневные занятия, приступить к прочтению сокращённого перевода французской монографии «Экономический уклад Западной Европы в магическом сообществе» Антуана Жака Дебюсси, которую ему посоветовала смотрительница Пинс ещё в начале зимы. Переводила она эту книгу самостоятельно, перевод был в трёх экземплярах, и Теодор уже невозможно долго откладывал ознакомление.

Раздеваясь, прежде, чем пойти в душ, Тео обратил внимание на то, какую кучу вещей оставили Забини с одной и Гойл с другой стороны на своих кроватях.

— Чего, тоже не понимаешь, почему британцы такие грязнули? — фыркнул Пайк. Он-то уже лежал на постели в пижаме с какой-то приключенческой книгой, но вместо того, чтобы читать, следил за Ноттом.

— Ты че за мной подсматриваешь, — фыркнул Теодор.

— Да пытаюсь понять, как ты не мёрзнешь спать без пижамы! Зельем что ли обтираешься согревающим.

— Я просто привык, — он пожал плечами. В детстве, в самую холодную зиму, пока отец не договорился с кем-то и не провёл в дом маггловские трубы, они оба жутко мёрзли по ночам. Тео тогда перебрался на диван в гостиной рядом с камином, и тихо, чтобы отец не слышал, плакал, глядя на языки пламени. — Да и в Хогвартсе по ночам тепло.

— Безумцы, — фыркнул Пайк. — Вы с Гойлом оба безумцы. Холодно, как на Аляске!

Теодор аккуратно сложил свои вещи и убрал их на свои полки их общего с Блейзом шкафа. Полки Блейза светились так, как будто бы вещи туда убирали эльфы — и это, вероятно, было правдой.

— А у тебя нет домовика, да, Нотт?

— Неинтересная книжка, Питер?

— Скучная невозможно. Как вы вообще этого Киплинга читаете?

— По-моему у него всё интересно написано, — фыркнул Теодор, набрасывая на плечо полотенце, в которое было завернуто новое бельё.

— Так что?

— У меня с детства нет домовика, да, Питер, — твёрдо ответил Нотт, глядя в глаза американца. Тот стушевался. — Мы были вынуждены их продать, чтобы расплатиться с долгами.

— Я… не знал, прости, — тихо ответил Пайк.

Вернувшись из душа, Тео попенял уже вылезшему оттуда Блейзу на свалку вещей. Забини, который заметно подрос за этот год, лениво отбрыкивался, а потом и вовсе залез под одеяло и засопел. Нотт присел на кровать и, включив надголовный светильник, раскрыл письмо.

«Дорогой кузен!

Спасибо за поздравления с Рождеством. Я надеюсь, что Святочный бал у тебя прошёл ярко и насыщено. Уверена, что вы с твоей подругой были неотразимы. У нас всё без перемен. Бостонский Глашатай разразился очередной статьёй с критикой вашего Турнира. Отец грозится отправить меня в Хогвартс за мою позицию, я по-прежнему единственная на нашем факультете изо всех двух сотен студентов, кто болеет за вашего Поттера. Мне кажется, он неплохой человек, раз остановил тёмного волшебника ещё совсем младенцем.

Расскажи, понравилось ли тебе моё поздравление? Мы с Вайомингом старались, чтобы тебе было приятно. Мама сказала нам, что Нотты за океаном и мы теперь два разных рода, потому что находимся слишком далеко друг от друга и наша магия не связана, но на этом гобелене мы постарались вышить и заключить то, что нас связывает, нашу общую историю.

Должна признаться тебе, хотя ты наверняка знаешь, что я общаюсь с твоим другом Артуром. Он такой милый! Его рисунки бесподобны, они заставляют меня краснеть каждый раз перед родителями. Я должна признаться тебе вот в чём: я предлагала отцу, и Айми меня поддержал, пригласить вас, тебя и твоих друзей, к нам в Филадельфию. Но… папа согласился только пригласить Артура. Кажется, он считает, что может организовать мою будущую жизнь, раз уж мне так нравится культура метрополии.