— Это так. Ну, на этой неделе больше заседаний не будет, а на следующей… пятый в этом году пересмотр наследного дела Морфина Гонта, это умерший в Азкабане нарушитель Статута, несколько формальных голосований по министрским указам, заслушивание отчёта Дамблдора о финансовых показателях Хогвартса… скука. Но мне предстоит быть на всех. Приходи, если станет скучно.
Попрощавшись с Уизли, Теодор поднялся на лифте до верхнего атриума Министерства, где, пройдя мимо безвкусного — действительно безвкусного — монумента-фонтана, отправился в Хогсмид.
Часы показывали без четверти два пополудни, и Теодор, назначивший встречу с мадам Флитвик на три, позволил себе прогуляться вокруг. Ноги сами вынесли его к Визжащей хижине. В эту часть, за местное старое кладбище, Теодор никогда не ходил. Студенты рассказывали друг другу байки, что в этом старом крохотном домике жила когда-то ведьма, которую убила баньши, и потому дом и стал так называться. Постояв у ограды, он почувствовал приближение какой-то сущности — и действительно, к нему на плечо, хлопая крыльями, опустилась сова. Тео подумал, что ему нужно оповестить своих друзей и родичей в МАКУСА о своём новом статусе — он теперь называл это так.
Сова позволила отвязать конверт от своей лапы, а потом отчего-то потёрлась перьями о его висок. Теодор машинально почесал её в ответ — и лишь когда она улетела, вспомнил, что делал так с одним совёнком в детстве. Он называл его Гераклом. Смотря вслед улетающей птице, Тео утёр непрошенные слёзы, мысленно пообещав себе восстановить совятню дома.
Где бы этот дом ни был.
Письмо было от Мартина Тюбера. Тот выражал соболезнования и готовность обсудить изменения в формальной стороне договорённостей Ноттов и Тюберов — и Тео понял, что ему срочно нужен Бут.
Эльф Дерри был заботливо распечатан прямо в присутствии Теодора. Мадам Флитвик взмахнула палочкой несколько раз, и вылетевший из её кармана слиток какого-то металла испарился, явив спящего (но тут же проснувшегося) эльфа всё в том же комбинезоне.
— Мастер Нотт! Рад вас видеть. Куда отправимся?
Попрощавшись с миссис Флитвик (та скептически покачала головой, глядя на эльфа едва ниже её самой), Теодор достал из мешочка два экземпляра контракта, подготовленных Терри Бутом ещё в середине июня. Эту услугу он оказал бесплатно, но его глаза тогда явно выражали, что в следующий раз им предстоит что-то делать с финансовой частью.
Эльф, водя пальцем по строкам, прочитал оба экземпляра, и просиял. Через несколько минут, вопреки подспудным ожиданиям о том, что что-то обязательно пойдёт не так, Теодор убрал свой подписанный обеими сторонами (лордом Ноттом от рода Ноттов и свободным эльфом Дерри) экземпляр обратно в мешочек.
— Ну, куда отправимся, шеф? — Дерри всем своим видом выражал подобострастие.
— Домой, в Нотт-холл, — задумчиво ответил Теодор. Дерри тут же подскочил к нему и, схватив за палец, аппарировал. Эльфийская магия ощущалась иначе, совершенно иначе, и Теодор едва устоял на ногах, оказываясь дома.
За прошедшие два дня здесь ничего не поменялось.
На лице Дерри была написана вся гамма чувств. От счастья до омерзения. Он с лёгким хлопком исчез, и Тео едва успевал следить за тем, куда перемещается его магический след в доме. Призрак Магнуса Нотта опустился из мансарды головой вперёд, видимо, на шум.
Дерри появился перед Теодором с ужасом на лице.
— Это… это вообще что?!
— Мой дом, Нотт-холл.
— Шеф, вы предлагаете обитать ЗДЕСЬ?!
Теодор скривился. Мысль спать в отчем доме ему не нравилась с того самого момента, как они с Гестией отправились к леди-бабушке. Мысль о том, чтобы перебраться в особняк в Уэльсе, нравилась ему всё больше.
— Честно говоря, нет, — признался он. Уши Дерри, в отчаянии опустившиеся на затылок, стали подниматься. — Есть ещё одно место, где мы на самом деле будем жить. Но туда мы отправимся, когда разберёмся с тем, что ты имеешь в виду. Почему здесь плохо находиться?
Дерри заломил руки.
— Это же необитаемое место! Магический источник истощился и живёт взаймы! Вокруг наверняка депрессивный лес, куда звери приходят умирать, а вам снятся постоянные кошмары!
Тео потупил взор.
— Вокруг маггловские кварталы.
Дерри театрально рухнул на спину, закрыв глаза рукой. Прежде, чем Тео успел бы испугаться, он убрал руку и открыл глаза, а потом с хлопком оказался уже сидящим на перилах. Такого поведения у эльфов он не видел — но пока что не жалел о приобретении.
— Значит, эти магглы будут самыми худшими отбросами, будут страдать от постоянных кошмаров, убивать и ссориться, — заключил он. — Потом здесь где-нибудь родится магглорождённый маг, который превратится в обскура, и окончательно уничтожит этот источник. Жить тут нельзя!
— Но тут родовой камень…
— Это всё выдумка старых магических родов, — авторитетно заявил эльф. — Родовой камень — это площадка, на которой в некоторые кельтские праздники можно проводить жертвоприношения. Дерри знает, Дерри читал. Этот камень может быть любым, главное, чтобы стоял на источнике!
— А то, что здесь, ну, папа…
