Четверо встретились в кафе «Авалон» в магическом квартале Эдинбурга. Скотти претендовали на то, что Авалон, куда, собственно, ушли фейри, был спрятан в их горах. Если бы кто спросил Теодора, он бы скорее сказал, что вулканная Исландия больше похожа на место, где могли спрятаться древние магические расы. И вымереть потом под пламенем драконов и ударами топоров викингов.
— Мы не шумные! — возразил один из близнецов.
— Мы громкие! — добавил второй.
Близнецы рассмеялись, и посерьёзнели лишь когда Теодор передвинул к ним на ознакомление текст договора, составленный Бутом.
Они читали его вдвоём, что-то тихо друг другу поясняя. Оба близнеца в прошлом мае прошли аппарационные курсы в Хогвартсе, куда ходил и Седрик, и буквально накануне встречи получили лицензию в Министерстве.
Собственно, встреча началась с того, что Уизли пожаловались на отношение чиновников Министерства, ставивших им палки в колёса из-за поддержки Дамблдора родителями. При этом Персиваля они называли ничтожеством, хотя он наверняка мог поспособствовать братьям.
— Нам всё нравится! — заявил первый близнец.
— Кроме одного, — добавил второй.
— Здесь указано, что прибыль будет ежеквартально определяться.
— Предложение!
— Предложение! Давайте считываться раз в год.
— Мы поясним: всё потому…
— …что чистую прибыль мы будем получать едва ли летом.
— Все школьники будут покупать на все школьные годы!
— А остальное время едва ли будем оставаться на плаву!
— Как нам платить обязательную ренту и отчисления, если мы будем, ну…
— …в минусе?
Теодор поморщился. Об этом он не подумал. В сущности, вряд ли бизнес Уизли мог стать прибыльным на уровне Тюберов, но отказываться от того, чтобы вкладываться в них, он не мог.
— А вы не думали раздавать, ну, каталоги для заказа по почте? И не только на английском. Французы, испанцы и прочие европейцы вполне могут тоже стать аудиторией для нашего бизнеса.
Уизли переглянулись, и один из них что-то записал в крохотной записной книжке. Вскоре Терри внёс правки в документ.
— Мы, на самом деле, — отпив чаю, пояснил тот из близнецов, который моргал чаще другого, — даже не думали, что сможем запуститься.
— Да и сейчас сомневаемся.
— Хотели арендовать лавку в Йорке…
— …или Лидсе, и торговать там.
— Но нам помог Гарри…
— …и с твоим участием мы не планируем доучиваться в Хогвартсе.
— Только это секрет!
Оба юноши приложили пальцы, забавно имитируя профессора Флитвика, который так пытался указать на необходимость прислушаться к его произношению чар.
— Вы не вернётесь из Хогвартса? — изумлённо спросил Бут. — А как же ЖАБА?
— ЖАБА мы сдадим летом, — махнул рукой второй близнец. Кто же из них был кем?
— Нет смысла торчать в школе ради этого, — добавил первый.
— Лучше займёмся делом!
Наконец, все трое подписали контракт.
«
Подписью у каждого из двух близнецов была лиса. Подписывая по очереди, они сформировали парную подпись, которая безумно возмутила первого близнеца.
— Фред, это не честно! Я старше, почему ты ставишь себя выше?!
Вдоволь насмеявшись, они подписали второй экземпляр «наоборот», а на третьем поставили подписи просто рядом. Терри в тот же день отправил их в Министерство.
Невилл не праздновал день рождения, однако втроём — вместе с Дином — они встретились тридцать первого июля в Косом переулке. Лонгботтом выглядел похудевшим и посвежевшим.
— Бабушка решила, что после года в компании Крауча мне стоит заняться здоровьем, — пояснил он. — Бегаю теперь и летом, и зелья пью.
Они хотели было расположиться в Фортескью, но Невилл сделал вид, что его вырвет.
— Ну уж нет. Фортескью мои родственники… я уже наелся от них десертов. Пойдёмте лучше в маггловский мир, мы же все трое не выглядим, как… чистокровные замохры.
Ребята прошли дурнопахнущие коридоры Дырявого котла и вскоре оказались на улице Лондона.
— Первый раз тут один, ну, без бабушки, — рассмеялся Невилл. — Не верится даже!
Они прошли несколько кварталов, прежде чем какая-то чайная показалась Лонгботтому достаточно подходящей. Ребята заказали панкейки с вареньем и чай.
— Представляете, — посетовал Невилл. — Мы с дядей Элджи должны были выступать в Сорбонне, а они из-за, ну, Турнира отменили конференцию. Мол, уважают чувства декана Диггори, профессора Спраут, которая должна была представлять какой-то доклад. Теперь без Парижа в августе!
— Мне Симус написал, что в Ирландии никто не поддерживает Дамблдора, — вздохнул Томас. — Они все считают его и Поттера чудаками, а кто-то даже и мошенниками. Может, этот благозвучный предлог по той же причине?
