Мысли Теодора стремительно проносились одна за другой, как ловцы на «Молниях» мистера Нимбуса в погоне за сниджетами. «Если Дерри на связи с Добби, Добби пьян, у Добби есть доступ в манор Малфоев, Добби такой поклонник Поттера… Добби можно манипулировать?»
— Дерри, а почему вообще Добби хотел попасть в замок в девяносто втором? — спросил Теодор, пытаясь оценить свои шансы отправить другого эльфа на опасное задание.
— Добби хотел спасти Гарри Поттера, сэра благо… тьфу, — совсем по-человечески прервался Дерри, — от ужасов, которые ему грозили.
— Добби считает Гарри Поттера героем? — с затаённой надеждой спросил Нотт.
— Дерри может ответить на это, и не задавая мысленных вопросов этому пьянице, — с достоинством сделал полупоклон эльф. — Добби считает Гарри Поттера героем.
— Скажи ему, Дерри, что Гарри Поттер и его друзья в смертельной ловушке в маноре Малфоев, и если он не спасёт их сейчас, то никто не спасёт их уже завтра, — понизив голос, прошептал Теодор новости, полученные от Флитвика. — Никто.
Лицо Дерри изменилось, и его уши испуганно опустились, как у Чешира, кота леди Виктории. Магическое «блюдце», висевшее в воздухе, вдруг лопнуло и рассеялось без следа, заставив и эльфа, и мага дёрнуться.
— Д-Дерри передал всё в точности. Добби и его свободная подруга Винки отправились туда незамедлительно, — всё ещё испуганно ответил Дерри. — И что теперь будет, мастер Нотт?
— Мы сделали с тобой всё, что могли, Дерри, — вздохнул Теодор.
Следующие несколько дней прошли в тревожном ожидании, и лишь в пятницу Теодору пришло сразу несколько известий.
В их ежедневнике с Джинни, где они болтали обо всём постоянно, в каждый свободный миг, появилась надпись после «Трансфигурация была сегодня скучной, тест оказался простым», гласившая: «Тео, помоги мне с подготовкой по рунам в библиотеке, срочно, пожалуйста». Нотт как раз заканчивал очередной черновик очередных мыслей для Шеклболта — первые идеи, которые у него появились, он забраковал и сжёг, опасаясь, что их могут у него найти, и все последующие были уже гораздо менее радикальными.
Через четверть часа, спеша со всех ног, Теодор добрался до библиотеки. В ней, как и прежде, было шумно и людно. Студенты сидели с зачарованными затычками в ушах, конспектировали и выписывали из книг, младшекурсники дурачились, кидаясь бумагой, а группа подростков с Хаффлпаффа шумно обсуждала что-то про Ирландию и остров Мэн.
Джинни обнаружилась сидящей на своём обычном месте между стеллажами третьего и четвёртого рядов за квадратным столом, облюбованном Уизли не первый год. Чаще всего они с ней встречались в библиотеке за ним и в прежние годы, но после ухода мадам Пинс они предпочитали более спокойные места. Весь вид молодой ведьмы выдавал мандраж и волнение. Бумага перед ней лежала чистым желтоватым листом, а взятая книга даже не была открыта. Теодор сел рядом с ней, и она даже не заметила его, пока он не коснулся её талии своей ладонью. Джинни была прекрасна в своём сосредоточении — слегка прикушенная губа, рыжие волосы, в которых нет-нет, да проскакивали искры, и взгляд, что смотрел на стол перед ней, но на самом деле видел нечто глубоко в её разуме.
— Джинни, милая, как ты? — участливо спросил Теодор, когда она, дёрнувшись от прикосновения, мгновенно расслабилась, узнав слизеринца.
— Ох, Тео… — прошептала она. — Мама прислала письмо!
Неожиданно девушка уткнулась ему в плечо, и вся её сосредоточенность обернулась всхлипываниями. Будто бы плотину чувств прорвало. Теодор прижал её к себе, тут же наложив на книгу, оставшуюся лежать на столе, чары привлечения внимания, вычитанные им в брошюре «СОВ и ЖАБА: как сдать без подготовки», конфискованной Фогарти у пятикурсника Стэмпсона с Гриффиндора.
Книга Чарльза Геккертона называлась «Тайные общества всех веков и стран: как магглы пытались найти магов», и Теодор тут же счёл её обложку безумно интересной, пока усилием мысленно не одёрнул сам себя.
«Зато никто не обратит внимания на нас», — подумал он.
Наконец, Джинни пришла в себя и взмахом палочки, наставленной себе же в лицо, устранила следы слёз.
— Не знаю даже, почему я взяла эту книгу, — сказала она, убрав палочку. — Наверное, это всё из-за тайн вокруг.
Она поморщилась, и Теодор поднялся, галантно подавая ей руку. Бросив труд Чарльза Уильяма Геккертона на столе, они прошли к выходу. Джинни завернула в ближайший коридор, и через пару минут, обсуждая пошедшую на спад зимнюю погоду, они вышли к холлу самодвижущихся лестниц.
Едва они встали на первую же ступеньку, лестница начала свой ход, и Джинни тут же потянула его наверх.
— Мама сказала, что Рон, Гарри, Гермиона и Драко попали в Ракушку, — шепнула она ему, как только они оказались достаточно далеко от стен с картинами. — Не напрямую, конечно же, я покажу тебе письмо. Их спас домовик Малфоя, которого попросил твой Дерри.
Теодор постарался сохранить бесстрастный вид, но на мгновение позволил себе лёгкую улыбку, которая дала Джинни полное подтверждение его причастности. Девушка просияла и тут же впилась своими губами в его, отстранившись, лишь когда лестница замерла.
