— Ну, что, тоже ничерта не понял из этой ерунды? — ехидно спросил его Луи. Грим Фоули дёрнулся, будто бы с него спало оцепенение, и проморгался. Нотт нахмурился.
— Это тебе Спраут дала? — спросил он брата.
— Не, я был на… не важно, — покраснел он так, будто бы Тео не знал про его отработку по очистке кубков в зале наград. — Оттирал квиддичный кубок брата твоей невесты, вот. Это Гримми получил на нас двоих.
— Кого? — спросил удивлённый Фоули. — От Спраут? Штрафных баллов?
— Да вон, брошюр!
— Каких брошюр?
Теодор перевёл взгляд со спорщиков на свои ладони и едва не выругался. В руках он держал злосчастный старый номер «Пророка» с новостью про призыв к ирландцам. Луи сложил руки на груди и приобрёл вид злой и несчастный.
— Вы прикалываетесь, да? Я что, похож на эту холодную дуру с первого курса, чтобы смеяться над каждой шуткой в мою сторону, а? Да я…
— Спокойно, Луи, — прервал его жёстким голосом брат, и тот затих. Тео отложил газету, с передовицы которой призывно скалился министр Тикнесс, на стол. — Грим, а где ты был, пока у Луи была отработка?
— Сходил в совятню, забрал письмо от… от… от… — он недоумённо посмотрел на свои же руки. — А не помню, от кого. Но точно не получал штрафных баллов на нас двоих.
Теодор понял, что в Гриме ему показалось странным. Лёгкие, едва заметные магические следы подчиняющего проклятья, такие же по природе, как узы, что применил Муди против старшего Крауча три года назад, касались его висков. Мгновенным движением Теодор стряхнул палочку в ладонь и направил её в лоб второкурснику, не успевшему даже испугаться.
— Финита Империо, — кратко сколдовал он, и магический поток оборвался. Луи испуганно зажал рот руками. — Неправильно действуешь, Луи. Я направил палочку на твоего друга. Ты должен был поставить щит. Мгновенно. И не говори, что не знаешь, как, я показывал.
— Это же…
— Грим, что ты делал в совятне? — мягко спросил Тео, игнорируя брата. Кто-то наложил на внука бывшего Верховного чародея Непростительное проклятье, подчиняющую волю мага, самое ценное, что маги Британии ценили в жизни, свою волю, наложили на мальчика, которого Теодор Нотт, тогда ещё лорд Визенгамота, пообещал защищать.
— Голова болит, — скривился он. — Я ни в какой совятне не был. Почему вы вообще про неё заговорили? — взорвался он.
— Ты сам сказал, придурок!
— Луи, замолчи. Грим, ты с кем-то виделся, пока он был на отработке?
— Я пошёл его проведать, но миссис Пинкертон наказала мне идти за ней и напоила чаем, — вспомнил он с трудом. «Миссис Пинкертон… Лестрейндж, ну конечно!». — Я полистал её книжку про тридцать трёх коров. Мне понравилось. А потом я ушёл с ней и встретил Луи, он предложил зайти к тебе.
Каждое следующее слово давалось ему всё сложнее, и Теодор мог только подивиться выдержке мальчика. Вдруг он закашлялся, и Теодору пришлось тут же трансфигурировать пепельницу, оставшуюся в кабинете от кого-то из прежних префектов, в стакан и наполнить его водой.
Лучше Фоули не становилось, и задумчивый и обеспокоенный Нотты вдвоём отвели его в больничное крыло, где мадам Помфри только всплеснула руками и тут же начала заваривать какие-то зверобойные травы.
Оставив взволнованного брата присматривать за другом, Нотт направился в гостиную. Он примерно догадывался, что хотел сказать Лестрейндж, если это был он, ведь ещё Дамблдор предполагал, что хоркрукс Тёмного лорда мог быть у его семьи на сохранении. Блэкам дарована была пещера, Ноттам — кольцо, так неудачно почти найденное отцом, Малфоям — дневник, отравивший первый семестр Джинни, а что было дано другим верным слугам, Теодор предполагать не мог. Диадема и вовсе осталась в Хогвартсе, и он не знал, не был ли это младший сын Розье, кто спрятал проклятое наследие как можно дальше.
«Выходит, хоркрукс в хранилище. Гринготтс? А рыцарем он хочет быть сам. Благородно подставиться, надо же».
Оставалось неясным, что значили фразы про императора и визиря. Быть может, это был сам Тёмный лорд и его вернейшие слуги, а, может, это было что-то иное… но в любом случае сейчас же ему стоило уточнить у завсегдатаев клуба прорицаний и астрологических прогнозов, когда должна была наступить неделя гноллов.
И всё-таки запланировать визит в «Ракушку», чтобы встретиться с «Изгоем».
Лично.
------------------
Уважаемые читатели. Мы близки к эндшпилю, и я был бы рад получить от вас чуть больше комментариев, чем обычно:)
