«Это случилось в те годы в Неаполе. На центральной площади этого города стоял обелиск, на котором был сделанный из дорогих самоцветов барельеф с изображением остготского короля Теодориха. Еще при его жизни камушки с головы этого изображения стали сами собой осыпаться. И вскоре после этого Теодорих скончался. Восемь лет спустя внезапно осыпались камушки, образовывавшие туловище короля, — и умер Аталарих, внук Теодориха. Через весьма непродолжительное время упали на землю камушки с нижней части живота короля, — и погибла Амаласунта, дочь Теодориха. Это уже свершилось. А в те дни, когда остготы осадили Рим, попадали на землю камушки, обрисовывавшие ноги короля до кончиков пальцев, так что теперь с обелиска исчез весь барельеф. Данное знамение римляне истолковали следующим образом: армия императора одержит безоговорочную победу, ибо ноги Теодориха символизируют не что иное, как остготский народ, королем которого он был».
Какой яркий символ все более и более разваливающегося государства!
Жители Рима испытывали тяжкие лишения, пострадали и многие сооружения Вечного города. Водопроводы были разрушены, погибли многие произведения искусства. Приведу лишь один пример: великолепные статуи, украшавшие гробницу Адриана, осажденные разбили на куски и бросали их в варваров, атаковавших город на этом стратегически важном участке. В Риме началось брожение, ибо многие его жители уже не верили, что им удастся выдержать осаду. Было принято важное решение: все неспособные носить оружие римляне должны немедленно покинуть город. Вместе с этими людьми был увезен из Рима и Папа Сильверий, который — после того как в Константинополе скончался его предшественник Агапит, — был возведен, не без помощи остготов, на папский престол. Теперь его обвинили в том, что он поддерживал тайную связь с Витигисом. Велизарий сместил Сильверия — как государственного изменника — с папского престола и отправил в ссылку. Истины ради следует сказать, что это было сделано только для того, чтобы возвести на этот престол диакона Вигилия, которого исповедующая монофизитство императрица Феодора в апреле 536 года пыталась сделать преемником Папы Агапита. Тогда, несмотря на Унию 519 года, при византийском дворе существовала весьма влиятельная монофизитская партия, которая добилась успеха в борьбе с мужем императрицы, исповедовавшим ортодоксальную веру. Когда сопровождавший Папу Агапита Вигилий прибыл в Константинополь, монофизиты провели с ним несколько деловых встреч и пришли к убеждению, что именно он мог бы стать для них тем человеком, который способствовал бы осуществлению их далеко идущих планов. Они сделали все, что было в их силах, и вот теперь Вигилий, которого еще в январе 531 года назвали преемником Папы Бонифация II, наконец-то стал одним из самых влиятельных людей Рима. К этому приложил руку и Велизарий. Так что едва лишь Рим вновь стал императорским городом, как Византия, в которой по-прежнему правили бал монофизиты, сразу же посадила на папский престол своего человека.
Лигилий, «легкомысленный диакон, предавший и свою Церковь, и свою честь», став Папой, отнюдь не собирался выполнять данные им обещания и оправдывать надежды, которые он пробудил у монофизитов. Но уже через восемь лет ему пришлось лично убедиться в том, сколь мало ценят византийские тираны Папу Римского и что его ждет, если он не оправдает их надежд. Теперь любой человек, занимавший папский престол, зависел от византийского императора, что заставляет нас лишний раз вспомнить о той церковной политике, которую проводило правительство Теодориха.
