Как смеялось море и падал снег,
Где смотрели в окна твои глаза,
Где звезда окончит свой долгий бег.
Расскажи про те силуэты птиц,
Что летели к солнцу сгореть дотла,
Как земля тянула их крылья вниз,
И как песня неба наверх звала.
Вольск, апрель 00 года
Мне бы стать небесами
Из дыма твоей сигареты,
Пропитаться значениями нот,
Их придумали тучи.
Становиться важнее поэтов,
Весомее и круче —
На вопросы любви
Отвечать однозначным ответом.
Обратиться звездой,
Ей стучать беспардонно по двери,
И беспечной зарей,
Что заходит под утро без стука,
Той холодной водой,
Омывает что сонные руки
Да заветной мечтой,
Для которой ты дышишь и веришь.
Мне бы крыльями стать,
Я унес бы тебя в поднебесье,
Чтоб не видеть, не знать
Отречения холодных значений,
Где сгорает дотла
В одиночестве гаснущий гений,
И внимает глухая стена
Его мыслям и песням.
Вольск, май 00 года
Ты была потерявшимся космосом
На холодном песке мироздания,
В околевших руках белым лотосом —
Нереальным и хрупким созданием.
Реки слов понесут твои волосы
К сказкам неба встречаться с рассветами,
Чтоб услышать ту музыку голоса
И петь песни, тобой недопетые.
Вольск, апрель 00 года
Долететь почти на треть,
Ничего о том не знать,
Как с воронами допеть
И в тональность ноты брать.
Там зарёю на двоих
Солнцем роды дня встречать
В небе улиц заводских —
Ничего о том не знать.
Мотыльком лететь в окно,
Пролететь, не попадать,
На крыле белым-бело,
Не дано крылу сгорать —
Заглянуть в глаза свечи,
Не увидеть ничего,
Запечатать сургучи
На пути в твое окно.
Акварелью голубой
Таять облака в глазах —
В них бы зашумел прибой,
Гулом завелась гроза.
Бросить камнем в окна май,
Жарить пламенем костров —
Смехом жди, слезой встречай,
Розой северных ветров.
Долететь, дожечь свечу,
Долюбить твои шаги —
Я под вечер прилечу,
Чтобы с рук снимать круги,
И с зарёю на двоих
Завтра роды дня встречать
Страхом слов, забитых в стих —
Ничего о том не знать.
Чапаевск, 01.11.00 года
Только вечное синее небо
Тихо кружится над головами,
Пролетая то в быль, а то в небыль,
Свои сны мы придумали сами.
Облаками да в наши молитвы,
Белой птицей из рук в твои ноты,
Блеском солнца на лезвие бритвы —
Небо молча уходит в высоты.
Рисовали круги на асфальте
И писали унылые песни,
Сочиняли то в приме, то в альте —
Вместе с небом мы плавали вместе.
Его звезды срывали на память
И входили под парусом в грани,
Ветры зори сжимали в объятиях —
Зори нам расцветали цветами.
Разрывали знамена закатов
На флажки и огромные флаги —
Провожали их взглядом солдаты,
Забирали в обноски бродяги.
Били стекла лучи перламутра
(Видишь, солнца зенит еще в силе!),
Мы дождались засадами утра
И по воздуху плавно ходили.
Доскитались, допились, допели,
Дотерпели до крайнего края,
Долетались на белой метели
До свирелей холодного рая.
И теперь только в пленах свободы
Мы желаем бездушно и слепо
Вспомнить время в те стрёмные годы
И огромное синее небо.
Долетай! Ты летать не умеешь?
Так что ж?
Пусть же станет крылом
Эта нервная дрожь.
Мне безмолвие твое —
Под ребро острый нож,
Были птицами,
Значит умели летать.
Значит кто-то обрезал
Небесную нить,
Значит не долететь,
Ночь пером не покрыть,
Стай придуманных звезд
Простотой не пленить —
Разучили парить,
Теперь учат мечтать.
Погляди, еще есть
Пять минут до зари,
Согреваясь свечой,
Яркий свет подари,
На пороге окна
Мне дороги гори —
Твое тело умело
Страдать и терпеть,
Только в смерть
Теперь смотрят немые глаза
И стекает по перьям
Бессилия слеза,
Только слов в небесах
Не понять, не сказать —
Не летать, так огнем,
Ярким жаром сгореть.
В даль неслась мечта караванами
И молитвами окаянными,
В ночь ходили Грусть и Тоска моя
Белой лебедью, фата-морганою15.
На руках носили созвездия.
Много виделось, больше грезилось,
До небес взлетала сестра моя —
Песня солнц. И в небе повесилась,
Полюбилась, снам приглянулася,
В сферы-зеркала окунулася,
Думал, что вернется с рассветами —
Зря мечтал – она не вернулася.
Многое ушло за буранами
В эту даль путями с капканами.
Даже небо в воду смотрелося
И терялось фата-морганою.
Тихо, тихо! Могут ведь услышать
Мои слезы в буквах черной сказки!
Вижу, как меняют свои маски
Духи зла, заваривая жижу
Тéней на стене и звезд на небе,
И от этого становится страшно.
Пьют солдаты битвы вчерашней
Злую кровь позорной победы.
Осторожно, выси тревожа,
Добираюсь снами до крыши.
Только тех, кто ночью подышит,
Сделают на вечность моложе.
Только в них венчается время.
Мы сто лет не видали людей,
Но зато каждый день курим с богом
И вдыхаем отравы идей
Словно яд. У чужого порога
Мы могли бы стать Главным в словах
И движениях дивного танца —
