Марибель, несомненно, вызывала у него симпатию. Когда они говорили, он чувствовал в ней ум и жажду знаний, и это определённо подкупало. К тому же, не признаваться самому себе, что он считает её милой, Исао считал преступлением. И, конечно же, он всё ещё не отказался от идеи развеять ореол таинственности вокруг Марибель. Однако влюбиться? “Нет, я пока не знаю её реальную, так что влюбляться тут не во что, кроме собственных фантазий”, — решительно ответил себе Исао.
Исао тряхнул головой, отгоняя глупые мысли, а затем улыбнулся и заметил:
— Ну, если сходство заключается не в плохом чувстве юмора и слабости потугов на драматизм, то я сочту это комплиментом.
От звука его голоса Марибель словно вернулась в реальность и со смешком проговорила:
— Ни в коем случае не оскорбляю ваше чувство юмора, Акамива-сан! Просто этот человек постоянно думал об окружающих, и это здорово… — Она недолго помолчала, а затем с тёплой улыбкой произнесла: — И всё-таки я рада, что вы составляете мне компанию. — И тут же она изменилась в лице: она вдруг широко распахнула глаза, словно что-то осознав, а затем, низко опустив голову, смущённо пробормотала: — Хотя, наверное, не очень-то хорошо радоваться, что вам приходится уже практически полгода ходить к кому-то в больницу…
Исао сначала слегка опешил. Затем смысл её слов дошёл до него в полной мере и он, чтобы успокоить Марибель, легонько похлопал её по плечу в ободряющем жесте и заверил:
— Тебе не нужно об этом беспокоиться, Хан-сан! Не нагружай себя лишний раз, — добавил он, когда она растерянно взглянула на него, и тепло улыбнулся.
Марибель несколько секунд вглядывалась ему в лицо, а затем нерешительно кивнула, и на её губах появилась слабая ответная улыбка. От этого выражения Исао стало спокойнее на душе. “Да, нет необходимости беспокоиться, — подумал он. — В конце концов… кроме как провожать тебя, у меня уже давным-давно нет причин ездить в больницу”.
***
Исао тяжело вздохнул, поудобнее перехватывая тяжёлый ящик, который нёс в руках, и продолжил свой путь по коридорам лаборатории. Юмеми была занята разработкой и конструкцией очередного устройства для своих коллег и попросила его прихватить запчасти со склада. Именно поэтому он сейчас и тащил полную блестящих деталей коробку, смутно узнавая большую часть из них, а некоторые видя впервые.
Внезапно, проходя мимо одной из дверей, Исао услышал за ней какую-то возню. Он мог бы просто продолжить свой путь, но что-то казалось не так. “Странно, — подумал он, хмурясь и мучаясь каким-то неприятным предчувствием. — Юмеми занята изобретениями в другой части лаборатории; горничные обычно работают по утрам, а сейчас самый разгар дня; что до Чиюри… Чиюри должна принимать “заказы” у коллег. Тогда что происходит за этой дверью?”
От последнего вопроса по спине пробежала волна холодных мурашек, и тревожное предчувствие лишь усилилось, отзываясь тупым волнением на сердце. Терзаемый беспокойством, Исао тихо поставил ящик с запчастями на пол и прокрался к двери, прислушиваясь. Ему определённо не чудилось: в помещении явственно раздавались лёгкие шаги и приглушённое дыхание, а также какой-то стук. “Кто здесь?” — хотел было спросить Исао, но от волнения у него пересохло в горле и оттуда не вырвалось ни звука. И всё же разобраться во всём надо было, так что Исао протянул руку к двери и как можно бесшумнее, но в то же время решительно открыл её.
Ему прежде не приходилось бывать в этой комнате, так что обстановка была для него нова. В первую очередь в глаза бросалось устройство в дальней части помещения: оно напоминало какой-то большой производственный компьютер, наподобие каких-нибудь бортовых, или же компьютер с космической станции. Напротив этого изобретения находилось небольшое огороженное прозрачной стеной пространство, в центре которого расположилась какая-то капсула, а по углам — четыре столба футуристического вида. Вся конструкция была действительно внушающей. “Наверное, это и есть то самое изобретение всей жизни Юмеми, с помощью которого она собирается наладить путешествие между мирами”, — подумал Исао, которому прежде не показывали это самое устройство и вообще рекомендовали не слишком разгуливаться по лаборатории, к чему он предпочёл прислушаться, не желая портить отношения с теми, кто мог помочь ему вернуться в свой мир. Однако сейчас все его инстинкты кричали, что происходит что-то неладное, и он просто не мог остаться в стороне.
Все звуки в помещении исходили от компьютера — в том числе и звуки движений какого-то живого существа. Полный самых дурных предчувствий, Исао стал медленно приближаться к устройству, стараясь подавить волнение. Он пересёк комнату, практически не дыша, и обошёл компьютер, а затем с трепетом взглянул на его рабочую сторону из-за угла. “Только бы это всё было игрой воображения и необоснованной тревогой!” — взмолился Исао.
Однако то, что предстало его глазам, не было игрой воображения.
