— А знаешь, ты всё-таки тем поступком меня удивил, — тем временем продолжала Юкари, успевшая вновь сесть на свой портал, как на гамак, в центре лужайки. — Ты ведь не должен был оказаться здесь. Твоей судьбой было дать ей толчок в нужную мне сторону, а затем забыть обо всём, как о страшном сне. Однако после случившегося я не могла просто бросить тебя как есть. В конце концов, ты слишком сильно сблизился с ней, и я, наблюдая за миром её глазами, невольно начала испытывать к тебе некоторую симпатию. Именно поэтому я не смогла оставить тебя умирать — ты бы не дожил до приезда скорой, Исао-кун — и переместила твоё сознание в Генсокё, прежде чем оно приняло свою смерть…
Исао остервенелым жестом убрал руки от лица, при этом оттолкнув от себя Чиюри, и язвительно протянул:
— А-а, так я тут ещё и призрак, так?!
Юкари со спокойным выражением лица кивнула.
— Именно, — просто подтвердила она. — По сути ты призрак, как одна моя дорогая подруга. Но заметь, ты призрак, а не дух, поэтому за тобой сохранились все твои человеческие характеристики…
— О, просто замечательно! — саркастическим тоном перебил он. — Да вы просто великодушная и благородная героиня, судя по вашему рассказу! Как жаль, что мне не верится в вашу искренность! — гневно заключил он.
Губы Юкари скривились. Очевидно, что её терпению приходил конец, и она была больше не в состоянии общаться с Исао спокойно. Когда она заговорила вновь, из её слов буквально засочился яд.
— Значит, не веришь мне? Что ж, твоё право. К тому же, ты частично близок к истине: у меня действительно было несколько причин отправить тебя в Генсокё. — Юкари отвернулась и принялась загибать пальцы. — Во-первых, твоё спасение. Во-вторых, желание немного проучить тебя: твоё неверие в сверхъестественное частенько меня раздражало. Ну и в-третьих, я увидела прекрасную возможность разобраться с ещё одной проблемой, вызванной парочкой подзадержавшихся в Генсокё гостий из Внешнего мира, — на этих словах она многозначительно посмотрела на Чиюри и торжественно объявила: — Именно поэтому я и отправила тебя не в Генсокё, параллельное твоему времени, а в более ранний год.
Осознав, что хочет сказать Юкари своей последней “причиной”, Чиюри побледнела.
— Стойте, так вы… Вы имеете в виду, что наше с Исао-куном сближение — часть вашего плана?! — в ужасе спросила она.
Юкари издевательски усмехнулась.
— Да, — подтвердила она. — Я не сомневалась, что всё так и произойдёт. Отправив его в первую ночь в бамбуковый лес, я знала, что Моко обязательно найдёт его и выведет — правда, я надеялась, что она доведёт его до деревни, а не спихнёт ответственность на Марису, но в итоге инцидент с воскрешением святой всё равно заставил их с Рэйму направить его в деревню. А уж там я не сомневалась в твоей наблюдательности, Чиюри-тян! — Юкари приторно улыбнулась, нарочито сюсюкающимся тоном произнеся имя Чиюри, отчего ту передёрнуло в отвращении. Затем ёкай границ с издёвкой заключила: — Вам с профессором Оказдаки нужен был человек из Внешнего мира — я буквально дала вам то, чего вы хотели. А потом привлекла Ран, чтобы наглядно показать, что планы, подобные вашему, очень не приветствуются обитателями Генсокё. Вы, люди, никогда не понимаете, когда с вами обращаешься по-хорошему! — Юкари хмыкнула.
От этих слов оба находящихся тут человека — Исао, несмотря на слова Юкари, не мог считать себя кем-либо иным — ощутили ужас. Они просто не могли понять, как можно так играть с людскими судьбами, как это делала эта женщина. Исао с Чиюри чувствовали к ней отвращение, и в то же время в них укоренился страх перед ёкаем, для которого человеческая жизнь — лишь череда предсказуемых поступков, а сам человек — не более чем фигура на игровой доске. Юкари в их глазах была самым настоящим монстром.
— В-вы… — Исао хотел было озвучить все свои мысли, полные ужаса и негодования, но в конце концов лишь с трудом выдавил из себя сиплое: — Господи, как это всё бесчеловечно…
Услышав его слова, Юкари невесело усмехнулась и пожала плечами.
— А что ты хотел от меня, Исао-кун? — с горькой улыбкой поинтересовалась она. — Я ведь не человек — я ёкай. Ёкаям не положено быть слишком человечными…
Ран, до этого хранившая молчание, быстро взглянула на госпожу с коротким выражением сочувствия в глазах, а затем отвернулась и полным боли голосом прошептала:
— Как жаль, что даже вы нередко на это не способны, Юкари-сама…
Юкари услышала её и невольно отвела взгляд, чтобы скрыть зародившуюся в нём тревогу и горечь.
