– Точно! Он же сегодня здесь, на банкете! С удавом, то есть, наоборот, без удава. У Бутерброда Гематогеновича.
– Чего-чего? – не понял Веня. – Какой еще бутерброд… с удавом?
– А, да ты же не знаешь! Ну, неважно. Главное, что этот банкет проходит в поселке Дубрава. А где у нас Дубрава?
– Где?
– Там! – Матвей ткнул пальцем в направлении шоссе. – Дубрава на той стороне дороги, в десяти минутах езды. Звони ему скорее! Он нас подберет после банкета.
– Если только этот банкет уже не закончился и он не уехал.
– Ватрушкин, не каркай! Ну должно же нам сегодня хоть в чем-то повезти! Звони!
Дозвониться удалось не сразу, пришлось потоптаться немного в поисках сети. Наконец связь появилась, пошли долгие гудки. Олег Денисович на звонок не ответил, но перезвонил уже через три минуты и велел Ватрушкину говорить быстро и самую суть. Его деловой тон вселял надежду, что он все еще на работе. Веня в двух предложениях описал ситуацию, которая в глазах классного руководителя несомненно выглядела странно и даже дико: два его ученика, ночью, на заброшенной стройке, в нескольких километрах от города, просят приехать за ними. К тому же у одного из них сломана нога, и он не может ходить.
– Как Денисыч, в шоке? – усмехнулся Матвей, когда Веня закончил разговаривать.
– Кажется, да. Но не расспрашивал, сказал: все подробности потом. Велел сидеть здесь и не двигаться с места. Он закончит в одиннадцать и перезвонит, чтобы уточнить координаты.
– Ну, совсем не двигаться не выйдет, надо перебраться на порог, там хоть посидеть можно, – заметил Матвей. – Не стоять же нам здесь полчаса.
– Почему полчаса?
– Потому что телепортацию еще не изобрели, Ватрушкин. Ему нужно время, чтобы закончить, собраться и доехать. Да еще от дороги до нас сколько топать!
– Он сказал, что поторопится.
– Все равно быстро не получится. Держись за меня, пойдем.
Матвей подставил плечо, Веня ухватился за него, с трудом доковылял до дверного проема и сел на порожек, вытянув ногу. Матвей порыскал фонарем по сторонам, приволок обломок толстой доски и пристроился на нем.
Минут через десять снова зазвонил телефон, и Веня подробно объяснил учителю, где они находятся.
– Через двадцать минут будет. Велел фонарем знак подать, куда идти, – сказал он, нажимая отбой. – Что будем ему говорить? Правду?
– Говори что хочешь, – устало отозвался Матвей. – Мне все равно, что подумает Денисыч. У меня там мама подъезжает… Скоро дома будет. А я здесь… сижу!
Ватрушкин резко повернулся к нему.
– Это все из-за меня! – в его голосе звучало отчаяние. – Почему ты не послушался? Ты должен был уйти!
Матвей посмотрел ему в глаза и спросил вполголоса:
– А ты бы ушел?
Веня запнулся на полуслове, подумал секунду и отвел взгляд.
– Вот и молчи тогда, – сказал Матвей.
Часы на телефоне Ватрушкина показывали двадцать три часа восемнадцать минут. Вот-вот должен был подъехать Олег Денисович. Матвей уже перестал смотреть в небо, от которого не отрывал глаз все это время в призрачной надежде увидеть запоздалые метеоры, и теперь безучастно разглядывал ссадины на своих ладонях с помощью тусклого фонарика.
– Кровь запеклась, вместе с грязью, – сказал он. – У тебя платка случайно нет?
Веня по хлопал себя по карманам.
– Был… Наверно, Лана вытащила, стирать.
Матвей поплевал на руки и осторожно, чтобы не задевать раны, вытер их о джинсы. Веня задрал штанину и спустил носок.
– Распухла… Наверно, и правда перелом.
Матвей посветил на его лодыжку и присвистнул:
– Ничего себе! Мы тебя до машины не доведем, если только на руках нести. Вот был бы Егор Борисыч, он бы тебя под мышкой как пушинку перетащил. Вон как он легко Добровольского таскал сегодня, да и меня хотел…
– Да, сегодня какой-то день сломанных ног, – со вздохом сказал Веня, ослабляя шнуровку на кроссовке.
– И рук, – добавил Матвей, вспомнив Гошку. – Сегодня встретил во дворе соседского пацана со сломанной рукой. А еще мы с тобой в среду были в травмпункте.
– Мы с тобой?
– Ага, в другой вероятности. Так там привезли целую велосипедную команду после аварии в автобусе. Они там все переломались. Так что это не день такой, это неделя такая. Не зря наша соседка еще в понедельник маму предупреждала, что вся неделя будет неблагоприятная. Кстати, ей ведь тоже по голове дали в арке. Так что она была права.
– Вся неделя? – переспросил Веня. – А почему?
– Ну, что-то там по гороскопу… Рождение луны, негативная энергетика, несчастные случаи. Тетя Валя вообще на гороскопе повернутая.
– Рождение луны? То есть новолуние?
– Ну вроде новолуние, – пожал плечами Матвей. – Да, точно, мне же и географ говорил сегодня, что фаза новолуния как раз заканчивается.
– Заканчивается? А началась когда?
– Ну, кажется, за три дня до безлунной ночи…
– А когда была безлунная ночь? – не отставал Ватрушкин.
Матвей потер лоб, вспоминая:
– Он сказал… официальное новолуние, то есть безлунная ночь, была со среды на четверг. А что?
Веня не отвечал, только шевелил губами, что-то высчитывая. Потом взглянул на Матвея безумными глазами и схватил его за рукав.
– Лезь в трубу! Прямо сейчас!
– Чего? – Матвей вырвал руку. – С какого перепугу?
