– Ну… я подумал… Ведь он возвращается как раз в это время из продленки. На него могли тоже напасть, – принялся выкручиваться Матвей, ругая себя за несдержанность.
– Какая продленка в одиннадцать вечера?
– Почему в одиннадцать?
– Потому что на Валентину Борисовну совершено нападение около одиннадцати вечера, когда она возвращалась от дочери. Вошла в арку, а там ее уже поджидали. Стали угрожать, отнимать сумку. А она не захотела отдать, да еще драться с ними стала, ты же ее знаешь! Ну вот и получила по голове.
– А-а… понятно. Я просто подумал, что в семь уже тоже темно… Могли и на Гошку напасть, когда он возвращался, – пробормотал Матвей.
– Да ниоткуда он не возвращался. Он в понедельник вообще в школе не был, благодаря вам, между прочим, – сказал капитан.
– Мне?! – изумился Матвей.
– И тебе, и твоей сестре. С чьего велосипеда он грохнулся в воскресенье? Да так, что пришлось в травмпункт ехать и еще два дня дома сидеть.
– Вот, значит, откуда гипс, – пробормотал Матвей.
– Что? – не расслышал капитан.
– Не, ничего, это я так.
– Открой-ка мне дверь, руки заняты.
– Так у меня ключа нет.
– А, ну да… Тогда хоть кнопку нажми на домофоне.
Матвей помог Ивану Николаевичу войти в подъезд, снова сел на скамейку и попытался упорядочить в голове полученную информацию. На тетю Валю напали. Причем только в третьей вероятности. И в первой, и во второй она цела и невредима. Как это связано с ним, Матвеем? В первой нападать на нее было некому, потому что в это время грабители находились далеко, а именно – гнались за ним по пустырю. Это ее и спасло. Во второй вероятности гопники уже успели напасть на Гошку и сбежать. Вернуться они не рискнули из-за полиции во дворе. Так что тетя Валя и там избежала ограбления. А вот здесь, в третьей вероятности, ей не повезло. Наверняка грабители караулили в арке и в семь, но маленький Гошка в это время сидел дома, а близнецы Добровольские где-нибудь задержались. Или просто с двоими сразу не стали связываться. А вот на пожилую женщину, идущую через двор поздним вечером, напали. Конечно, можно было намекнуть капитану, кто напал; тетя Валя наверняка их не разглядела в темноте. Но ведь капитан начнет потом уточнять детали у другого Матвея, а тот вообще не в курсе. Придется держать язык за зубами.
Так, с этим все ясно. Неясно одно: как теперь попасть в квартиру Добровольских? Единственный выход – идти в школу и позаимствовать ключ у близнецов. Разумеется, без их ведома и согласия. А что, так даже интереснее. Никогда не приходилось красть ключ у самого себя.
В школе Матвей появился минут за десять до большой перемены, во всяком случае, если верить электронным часам в вестибюле. Как всегда, без особых проблем проскочил мимо охранника, углубившегося в изучение своего телефона, и спустился в раздевалку на цокольном этаже. Там он размотал кусок проволоки на решетчатой двери и проник внутрь. Подойдя к знакомой секции седьмого «Б», Матвей оглядел ряды вешалок. Как здесь отыскать куртки близнецов? Он ведь даже не видел, во что они были одеты вчера. Такой куртки, как у него, на вешалках не обнаружилось. Напрашивался вывод, что либо у двойника ее нет вовсе, либо он ее не сдает в раздевалку, как и сам Матвей.
Глупо было надеяться, что близнецы оставляют ключи в одежде, да еще в раздевалке, но Матвей на всякий случай проверил все куртки седьмого «Б». Ему встретились и леденцы, и жвачки, и монеты, и спиннеры. Ключи тоже нашлись, целых три комплекта, но даже по внешнему виду было ясно, что это не те ключи, которые он искал.
Матвей вышел из раздевалки, и очень вовремя, потому что на лестнице послышались шаркающие шаги, а вскоре показалась и гардеробщица в шлепках и рабочем халате.
– Ты чего здесь? – сурово спросила она.
– Что, уже одеться нельзя? – огрызнулся Матвей, радуясь, что она не заметила, как он шарил по всем карманам подряд.
– Звонка еще не было, – она подозрительно оглядела его. – На перемене надо одеваться. Когда я здесь.
– А мне срочно нужно, – буркнул Матвей и побежал мимо нее вверх по ступенькам. Он не слышал, что гардеробщица прокричала ему вслед, потому что над головой оглушительно загремел звонок.
По расписанию следующим уроком была география. Матвей рванул на второй этаж, к мужскому туалету, откуда хорошо просматривался нужный кабинет. Он наблюдал в щелку приоткрытой двери, как одноклассники заскакивали внутрь, бросали сумки на парты и, обгоняя друг друга, неслись к лестничному пролету. На большой перемене седьмой «Б» обедал в столовой, на первом этаже. Это было очень кстати. Матвей терпеливо дожидался, пока кабинет полностью освободится. Вдруг он увидел себя. В другой одежде, с другой сумкой, с волосами, зачесанными по-другому. Но все же это был он. Его лицо, фигура, походка. Его голос. Очень странно было видеть себя не в зеркале, не на видео, а так, вживую, со стороны. Двойник весело хохотал и скакал по коридору с ребятами из класса, перебрасывался с ними бумажным комком вместо мяча, а потом вместе с Белкиным и Чернышовым помчался к лестнице.
Матвея что-то царапнуло по сердцу.
