Каждая семья имела свой религиозный дворик. Только у одного, самого большого из них, был в центре алтарь. Во втором дворике археологи зафиксировали ацтекские захоронения и ямы с подношениями. Там нашли предметы, которые часто встречаются в таких контекстах — модель храма, пластинки курильницы театрального типа, три портретные фигурки, две куклы, канделеро, каменные шары и полусферы, полировщик штукатурки и переносную печь. В третьем дворике находился миниатюрный базальтовый храм с упомянутым выше кроликом, также там нашли две куклы, два канделеро, два полировщика штукатурки и печи-треножники. В юго-западном углу двора разжигали огонь и проводили обряд с разливанием некоей жидкости. В целом под ритуальные цели в компаунде выделили восточную часть, а в северо-западной находился самый большой двор, вероятно, предназначенный для встреч жителей резиденции. Он был назван археологами «Красным двором» за геометрические узоры, обнаруженные на стенах по периметру. В северной его части найдены два участка, где что-то сжигали, а в южной обнаружили место с повышенным содержанием фосфатов, что указывает на проведение там церемоний, во время которых разливалась некая жидкость. Такого рода ритуальную активность часто фиксировали на фресках, где жрец проливал на пол жидкость с семенами — очевидно, данный обряд практиковался в подобных дворах.
У каждого домохозяйства имелась своя отдельная кухня, причём она, как и спальные места, находилась ближе к центру компаунда. В домохозяйствах пользовались керамической посудой различных типов — у кого-то она была попроще, а другие имели доступ к более изящным изделиям. Рядом с кухней располагались комнаты, где хранились продукты. Там археологи обнаружили остатки растений (обугленные шипы агавы, семян опунции, кукурузу и тыкву) и животных (зайцев, кроликов, кости молодых и взрослых оленей). Причём зайцы и кролики были весьма значимой составляющей в меню жителей данного компаунда — следы их разделывания найдены практически во всех комнатах южной части комплекса. В одном помещении для хранения продуктов была обнаружена пыльца Casimiroa, которая в доколумбовой Месоамерике использовалась в медицинских целях и, как сообщали ранние хронисты, обладала гипнотическими и снотворными свойствами. К одной кухне примыкало небольшое «служебное» патио, куда жители сметали мусор и где, вероятно, собирали дождевую воду, выводившуюся по дренажному каналу за пределы помещения. Там исследователи также обнаружили следы отходов, в том числе останки индеек. Во всём компаунде археологи нашли 8 метате и 13 мано.
Карта Остойауалько 15В:N6W3 и предназначение комнат: 1) для ритуалов; 2) спальня; 3) для приготовления и потребления пищи; 4) для хранения (по L. Manzanilla «Corporate Groups and Domestic Activities at Teotihuacan», 1996)
Учёные пришли к выводу, что жители компаунда Остойауалько 15В не покидали его в спешке — они ушли спокойно, успев захватить все мало-мальски значимые предметы с собой.
Всего там отмечено три строительных уровня, два из которых — теотиуаканские (фаз поздней Тламимилольпы и позднего Шолальпана) и один — ацтекский (поверх теотиуаканских домов были построены два ацтекских здания).
В Остойауалько 15B во время раскопок, осуществлённых в 1985—1988 гг., было обнаружено 18 захоронений, из которых Захоронение 8 является самым примечательным — в нём нашли останки 22-летнего мужчины с деформированным черепом и разобранную театральную курильницу, части которой разместили вокруг умершего.
Теопанкаско
В баррио Теопанкаско специалисты занимались изготовлением для богатых покровителей одежды, головных уборов, регалий и ювелирных изделий из зелёного камня, травертина, оникса, мрамора и пирита. Также жители района ловили рыбу, делали сети, корзины и каменные инструменты с полихромной керамикой (в частности посуду «Copa Ware»). Это был функциональный центр, в котором проживали иммигранты и даже размещались военные. Об иммигрантах можно судить по примерам черепной и особенно зубной деформации, которая в мегаполисе не практиковалась и является явным указанием на чужеземные культурные практики. Лучше всего мультиэтничность баррио показало генетическое исследование Б. Альварес-Сандоваль и её коллег, по результатам которого стало известно, что в различные периоды истории района, начиная с его возникновения и вплоть до коллапса мегаполиса, в Теопанкаско всегда присутствовали мигранты, а генетическое разнообразие оставалось приблизительно на одном уровне.
