— Ждал, что выйдем со стороны парка? Я думала, что после двухмерной ёлки ты ко всему готов… — Снова достав коробок с опилками, она пустила по воздуху ещё щепотку. — Пространство внутри полос кривое. И поэтому прямой путь — далеко не всегда самый короткий. Некоторые вокруг трёх сосен вот так сутками ходили, пока не вляпывались в какой-нибудь гостинец… Всё правильно, нам туда.
Перебежав через дорогу, мы приблизились к небольшому сетевому алкомаркету. И звуки вокруг вдруг стали более ясными. А сквозь тучи даже кое-где пробилось предзакатное солнце.
— Тоже чувствуешь? — Должно быть, моё лицо девушка читала как открытую книга. — Это конец полосы. Дальше будет проще. Вроде никого…
Осторожно заглянув через окно, она скользнула внутрь магазинчика. Я поспешил следом.
Пыльные полки разорены. Разбитые бутылки, помятые банки, обрывки упаковки из-под чипсов и нарезки. Похоже, что власть и порядок тоже исчезли из города в первые же часы.
Кроме этого в глаза бросался иссохший труп, одетый в обветшавшую форму сотрудников этой сети. Сидящее на коленях тело было вдавлено головой внутрь разбитого холодильника. Наверное, пытался остановить мародёров.
— Тетрадок нет… — Не обращая внимания на несчастного продавца, Алиса сразу перескочила через прилавок к кассовым аппаратам. — Но зато вот!
В её руке оказался затянутый в плёнку запасной рулончик чековой ленты.
— На этом можно даже просто ногтем писать! Попробуй.
Ноготь я использовать не спал, а нашёл в кармане ту самую перьевую ручку. Даже без чернил острое перо оставляло на гладкой тонкой термобумаге достаточно чёткие тёмные полосы.
— «Привет, мир»… — Вытянув шею, Алиса прочитала мою первую запись. И очень мило улыбнулась в ответ. — Привет, Молчун! Как говориться — заходи, не бойся, уходи — не плачь! — Оглянувшись, она попыталась найти что-нибудь ещё, но только пожала плечами. — Ладно, побежали. Совсем мало времени… Что?
Я торопливо нацарапал на ленте свой первый вопрос и показал ей.
— А… Да не-е-е… Ночью ничего особенного не происходит… Ну… Насколько можно вообще называть не очень особенным то, что ты видишь вокруг… Просто фонарик будет видно издалека. А чужое внимание сейчас всегда лишнее. Поэтому давай-ка руки в ноги и не отставай. С дедом наболтаешься.
Я спрятал рулон с ручкой в карман и поспешил за девушкой наружу.
Вне полосы география оставалась вполне привычной. Я не очень хорошо знал этот район, но помнил, что на востоке и юге от пироговского стационара расположен довольно большой лесопарк. И в данный момент мы направлялись к нему на юг.
Дошагав до высоких деревьев, Алиса свернула на еле заметную велодорожку, заросшую чахлыми сорняками. И заторопилась по ней уже куда-то на восток к МКАДу. Да так, что я еле поспевал за её темпом. Ботинки были на размер больше моего и без носок немедленно начали натирать.
Вечерний осенний лес пах знакомой прелостью — я частенько катался по таким же маршрутам у себя на районе. И тот факт, что хотя бы лес выглядит так же, как и раньше, немного поднял настроение. Может, не всё тут так мрачно, раз здесь вполне может выживать такая пигалица.
Хотя эта пигалица проявляла завидную выносливость и ловко перескакивала через кусты как настоящая лиса. Почти не отвлекаясь на болтовню:
— Раньше можно было пройти быстрее — сразу на восток от больнички. Ещё весной. Но там теплицы со всякими садовыми цветами… Были с цветами… Я один раз хотела нарвать, деда порадовать. Еле сбежала. Всыпали мне тогда мои! Больше там не ходим.
Когда мы добежали до трассы, тучи сгустились и начал накрапывать мелкий дождик. Я с тревогой подставил под него руку. Мало ли что теперь с неба падает при текущих раскладах…
Но девушка лишь натянула капюшон поглубже и, заметив мои встревоженные движения, покачала головой:
— Осадки, под которые не стоит попадать, видно издалека. Даже ночью… Этот, как его… Эффект Вавилова-Черенкова. Слышал про такой?
Алиса явно очень любила поумничать. И я не без удовольствия позволил ей объяснить мне суть явления, о котором помнил ещё со школы. Её торопливый, но в тоже время запинающийся голос всё ещё было намного приятнее слышать, чем непривычное молчание мегаполиса.
— Ну это… Короче это когда какой-нибудь электрон очень быстро летит. То он начинает излучать… М-м-м… — Она задумчиво почесала макушку сквозь капюшон и сделалась донельзя серьёзной. — Когда летит быстрее фазовой скорости света в среде, вот как! Выглядит красиво, голубенькое такое… Но лучше смотреть из-под крыши. А то облысеешь. Это в лучшем случае…
Полотно кольцевой автодороги было запружено пыльными машинами со спущенными колёсами. А чаще — вообще без них. Стёкла разбиты, багажники раскурочены. В некоторых, кажется, ещё сидели бывшие владельцы, уставившись в вечность пустыми глазницами.
Перелезая через отбойник, Алиса указала на небольшой китайский паркетник, который, в отличие от остальных, выглядел так, словно только что выехал из салона:
