«Максим и Диана исчезли», — сказал Вася.
Мне потребовалось усилие, чтобы сообразить, о чём он.
«В смысле исчезли? Они же вроде долетели… разве нет? Не получилось с лекарством?» — встревожился я.
«Долетели, — ответил Вася. — Пропали на своих планетах. Максим после двух докладов не выходит на связь. Диана после одного».
«Подожди… может, какие-то неполадки с ретрансляторами? Или флуктуации… это же квантовая связь, мы ведь тоже не всякий раз можем передачи отправлять!»
«Уже проверили. Как раз были заняты этим».
«Подожди… а зонды? Дать команду на корабль и…»
«С кораблями потеряна связь. Те зонды, которые направлялись на планеты на первом этапе, деактивированы и уничтожены. Новые только-только перебросили через точку Лагранжа у Земли. Они обнаружили корабли по указанным в отчётах координатах. Автоматические системы не выходят на связь. Следов космонавтов тоже пока что не обнаружено», — сказал Вася.
— Что-то случилось? — Лаймиэ заметила мою реакцию на новости.
— Пока сложно сказать, — ответил я. — Это… далёкие дела. Не касаются Нарайи.
— Ты получил сообщение из дома? — догадалась она. — Не думала, что это происходит прямо вот так… безо всего. Хотя… подожди, ты поэтому отрубил этому парню голову, да? В тебе что-то есть? Какие-то… импланты?
Я оглянулся. Сопровождавший нас Трумбэл отстал, чем-то заинтересовавшись на берегу. Наверняка за шумом прибоя он не мог слышать наш разговор.
— Что-то вроде того, — не стал отпираться я.
Лаймиэ улыбнулась, но от дальнейших вопросов воздержалась. Умна, не отнимешь…
«Получается, я сейчас один на связи…» — мысленно произнёс я.
«Да, — согласился Вася. — Остальные старты отменены, сам понимаешь. До прояснения ситуации».
«А спасательные экспедиции? Их надо вытаскивать!»
«Сначала — зонды, — ответил Вася. — Потом будет приниматься решение».
«А ты можешь запросить, что было в их первых докладах? — спросил я. — Может, я смогу что-то заметить».
«Запросить-то я могу, — Вася изобразил вздох. — Вот только вышлют ли они полные тексты докладов? Сомневаюсь, честно говоря».
«Почему?»
«Поставь себя на их место. Ты пока что единственный успешно действующий космонавт во всём проекте. А если что-то работает, ещё и в условиях, когда есть множество потенциально неизвестных факторов, самое лучшее, что можно сделать — это просто дать ему работать дальше. Наблюдать. Делать выводы. Не давать лишнюю информацию извне. Избегать резких движений», — ответил Вася.
«Пожалуй… — согласился я. — Но это нестандартное мышление. Я привык к тому, что командование перестраховывается. Если бы это была моя обычная командировка — меня точно отозвали бы. Немедленно! На экстренном старте!»
«Наверняка в центре были споры, — ответил Вася. — Вообще хотел бы я на это посмотреть! Как Сергеич урезонивает москвичей и твоих коллег на высшем уровне. Но в конечном итоге решение правильное: тебе сейчас лучше делать то, что ты начал, и не дёргаться. Раз уж получается. А уже потом думать об обратном перелёте. Когда ситуация с другими членами отряда, возможно, прояснится».
«Сам как думаешь? — спросил я после небольшой паузы. — Что с ними могло случиться?»
Вася необычно долго не отвечал. Потом всё-таки произнёс:
«Знаешь, я очень надеюсь, что это не ты».
Я невольно посмотрел на импровизированный мешок из грубой могильной материи в моей руке.
— В хозблоке холодильники ещё работают, — Лаймиэ по-своему истолковала мой взгляд. — Надо запастись льдом для обратного перелёта.
— Сегодня улетаете? — встрепенулся догнавший нас Трумбэл.
Я видел, как Лаймиэ едва сдержала вздох досады. Лучше бы о таких вещах не говорить в открытую, да.
— Возможно, — уклончиво ответил я.
— Народу не показывайте, что вы сделали, — посоветовал заключённый. — Некоторые могут не понять. Южные верования среди нас широко распространены. Среди ульмиров много тех, кто не любит трийан.
Он вздохнул, оставив меня обдумывать сказанное. Ульмиры… кажется, Эалин что-то говорила про охотников или рыбаков, которые добывали особенно опасных животных?
— Расскажешь, почему? — попросил я.
Трумбэл сначала отвернулся, замедлил шаг, потом посмотрел в мою сторону.
— Ты — не он, — вдруг сказал он. — Теперь вижу.
Я пожал плечами. Будто это с самого начала было не очевидно.
Он вдруг приблизился ко мне, внимательно глядя в глаза, и остановился. Я тоже.
— Друнлук, — прошептал он. — Он видел Друнлука. Мог с ним общаться.
Скосив глаза, я посмотрел на Лаймиэ. Та глядела на нас со смесью удивления и недоверия.
— Это сказки для маленьких южан, — ухмыльнулась она.
— Были бы сказки — он бы не мог делать то, что делал. Все это видели, — резко ответил Трумбэл. — Хотя ты, женщина, можешь и не верить. Негоже вам лезть в дела ульмиров! Так повелось испокон веков, так тому и быть!
Лаймиэ фыркнула и пошла дальше по намеченной тропке, ведущей обратно в крепость.
Я очень хотел спросить Трумбэла об этом друнлуке, что это такое. Но решил умерить любопытство. Не время.
Наконец он перестал буравить меня взглядом, отвернулся и пошёл вслед за Лаймиэ, бросив мне через плечо:
— Лучше улетайте. А то от вас слишком много ждут…
