— Дальнейшая информация будет доведена до вас после прилунения, — ответил безучастный голос, после чего повторил, как мне показалось, немного раздражённо: — Подтвердите приём!
— «Шланг» «Пурге», посадка, автоматический режим, Лунная станция подтверждаю, — сказал я обречённо.
Через несколько секунд «Север» включил маневровые двигатели. Я почувствовал боковой толчок. Потом корабль начал резко тормозить. Ремни, которыми мне надлежало держать пристёгнутыми всё время полёта, кроме перерывов на разминку, натянулись. Всё пространство большого экрана передо мной заняло изображение Луны. На его фоне выделялась траектория с параметрами.
«Что ж… по крайней мере здесь не будет резкого торможения, как в атмосфере Земли», — мысленно проговорил я.
«Ничего. До этого тоже дойдёт. Уверен!» — Вася по-своему истолковал мою обеспокоенность и постарался меня успокоить.
Сверху база выглядела неказисто: несколько толстых прямоугольных бетонных плит, антенны и решётчатые мачты. Тогда я ещё не знал, что большинство сооружений находятся под поверхностью.
Мы нацелились в район ровной площадки чуть в стороне от бетонных прямоугольников. Когда до поверхности оставалось меньше километра, края площадки разошлись в стороны, как лепестки, открывая доступ на посадочную платформу.
«Север» дал очередной тормозной импульс, выровнялся, встал «на хвост» и начал медленно опускаться в образовавшийся проём.
Корабль опустился мягко. Финальный толчок я еле ощутил. А потом почувствовал и лунную гравитацию. Да, она была очень слабой, эфемерной — но давала твёрдые представления о верхе и низе.
Несколько минут было тихо. Я даже хотел активировать рацию. Но тут послышался скрежет, скрип — и входной люк распахнулся. За ним показалось улыбающаяся дальневосточная физиономия в скафандре с прозрачным шлемом. Незнакомец что-то сказал. Его губы шевелились беззвучно — должно быть, забыл включить рацию.
Я показал на уши, потом с извиняющимся видом пожал плечами и начал отстёгиваться.
Человек в скафандре перестал улыбаться, исчез на секунду, потом появился снова.
— Майор Алданов, рад приветствовать вас на Международной Лунной станции! — сказал человек. — Меня зовут старший полковник Чжан. Я руководитель станции.
По-русский он говорил с заметным акцентом, но очень достойно, без типичных для китайцев искажений «р» и других непривычных для китайского уха звуков. Конечно же, я обратил внимание на присвоение мне очередного воинского звания.
— Очень приятно, старший полковник Чжан.
Я как раз справился с ремнями, приподнялся в ложементе и протянул руку. С некоторой опаской китаец хотел ответить на пожатие, но потом сжал руку в кулак. Мы ткнули друг друга костяшками.
— Кажется, у вас так принято? — спросил он.
— Верно, — кивнул я.
— Активируйте, пожалуйста, радио вашего скафандра, чтобы мы могли говорить вне корабля. Вы можете выбраться самостоятельно? — спросил полковник.
— Да без проблем, — сказал я, активируя рацию и выбираясь из тесной кабины.
«Север» стоял на особом захвате — постаменте. Мы находились в большом ангаре с серыми бетонными стенами, на которых были нарисованы какие-то линии, символы, цифры и иероглифы. Кроме нас двоих в ангаре никого не было.
«Не слишком пышная встреча, да?» — подумал я.
«Думаю, дело в карантине», — ответил Вася.
— Я провожу вас в подготовленные для вас карантинные апартаменты, — продолжал Чжан, подтверждая Васину догадку.
— Насколько я помню, у нас была иная процедура, — рискнул заметить я.
— Верно, с момента вашего отлёта многое изменилось, — сказал полковник. — Пройдёмте же! Мы задерживаем техников. Они должны будут заняться дезинфекцией вашего корабля и других следов.
— Хорошо, конечно, — сказал я.
После этого Чжан спрыгнул с постамента. Тут было высоко, метра три, и на Земле такой прыжок был бы рискованным. Здесь же старший полковник плавно приземлился метрах в трёх и выжидательно посмотрел на меня.
Я последовал его примеру, стараясь не переусердствовать с толчком. И всё равно меня подкинуло где-то на метр.
— Вам предстоит пробыть в карантине до полной обратной замены микробиома, — сказал он. — Это займёт неделю. Параметры вашего искусственного иммунитета не позволяют сделать это быстрее. Мы бы могли заменить нанитов на новые модели, но ваше руководство это не согласовало.
— Ничего, потерплю, — ответил я.
— После этого мы подготовим ваше возвращение на Землю, — Чжан обернулся и посмотрел на меня. — Пока что об этом событии знает лишь ограниченный круг людей. Мы не станем давать информацию в общие сети до тех пор, пока не убедимся, что с вами всё хорошо.
— Разумно… наверное, — ответил я.
Мы подошли к большой гермодвери.
— Наденьте шлем, пожалуйста, — попросил Чжан. — Дальше вакуумный коридор, потом трёхступенчатый дезинфектор и шлюз вашего модуля. Когда дойдём до шлюза, я вас оставлю. Дальнейшие инструкции получите по радио.
— Ясно, — кивнул я.
Мы прошли длинный бетонный коридор и упёрлись в ещё одну гермодверь. Здесь старший полковник немного замешкался.
— Всё в порядке? — спросил я.
