— Ой, точно! — спохватился он, после чего сделал знак двум другим сотрудникам. От меня не укрылось, как они убрали стволы прежде, чем двинуться за нами следом.
Внутри нас ждали обычные для «Севера» процедуры безопасности. Впрочем, мы прошли их быстро — куда быстрее, чем в первый раз.
— Я провожу до спуска к мейнфрейму, — сказал Игорёк, когда мы вышли к жилым модулям. — Сергеич просил не затягивать.
— А как вы связывались с ним, кстати? — поинтересовался я. — Он ведь сейчас изолирован, так?
— А откуда ты… вы… а, ну да, Вася же! — растерянно пробормотал Игорёк, хлопнув себя по лбу. — Так он оставил все инструкции до того, как удалиться.
— Ясно.
— Вниз я сам пойти не смогу, строго запрещено, — продолжал Игорёк. — Так что я только провожу.
— Хорошо, — кивнул я.
И мы двинулись в сторону оранжереи.
На «Севере» была глубокая ночь. Совсем как тогда, когда я проник сюда после возвращения с Луны. Только теперь у меня не было необходимости скрываться.
Мы прошли к первому лифту. Спустились до перехода к техническому подъёмнику; Вася коротко описал дальнейший путь вниз. Я не стал его перебивать, хотя прекрасно знал дорогу. Иногда людям просто надо дать почувствовать, что они хорошо выполняют свои обязанности.
В пещере было светло. Причём свет исходил из самого центрального ядра — оказывается, оно было оборудовано освещением.
Я спустился по металлической вертикальной лестнице на один из кольцевых помостов, идущих по периметру пещеры. Огни центрального ядра причудливо отражались в чёрной воде далеко внизу, напоминая далёкие светила — звёзды или планеты. Создавалось ощущение, что я стою на тонком решётчатом мостике над чернотой космоса.
«Женя, он на связи», — предупредил напарник.
«Ну хорошо, — ответил я. — Скажи, что я готов говорить».
«Он… в общем, он приглашает тебя к себе», — ответил Вася немного смущённым тоном.
Я начал выискивать глазами помост, ведущий к центральному ядру, но ни одного не обнаружил. Они все были подняты, похоже, ещё с прошлого раза, когда мы с Васей спасали Васю-основного.
«Жень, ты не понял. Он зовёт тебя в синтезированную реальность, где сейчас сам находится», — добавил Вася.
«Погоди. А где оборудование?» — удивился я.
Конечно, эксперименты с виртуальной реальностью продолжались и на «Севере». Даже вышли на продвинутый уровень, допускающий прямое подключение через нейрошунты, но для космической программы эти исследования считались малозначимыми.
«Жень, понимаешь… я сам в некотором роде такое оборудование», — ответил Вася.
До меня не сразу, но дошло.
«Ты только не подумай чего! — быстро добавил невидимый напарник. — Я не могу просто так погрузить тебя в искусственную среду! Тут предохранителей даже больше, чем в защите твоих личных мыслительных процессов. Ты должен будешь несколько раз сказать вслух, что готов к погружению, в разных формулировках, но так, чтобы ответ невозможно было трактовать двояко. И выход обратно по первому твоему требованию. Плюс ты можешь регулировать детализацию виртуальности, чтобы она была не слишком похожа на реал, но это по желанию».
«Что ж… — вздохнул я. — Спасибо за разъяснения».
«Некоторые вещи, которые ты пережил, невозможно подделать в виртуальности», — добавил Вася.
Я мог бы поспорить на этот счёт, но не стал.
«А ещё…» — начал было Вася, но я перебил его.
«Всё. Хватит! — сказал я. — Иначе я точно решу, что ты мне морочишь голову, и я застрял в виртуале».
«Женя, но, блин, это же не так! Да и вообще…» — начал было Вася, но замолчал. Видимо, понял, что своими разъяснениями делает только хуже.
«Я тебе верю. И всё, точка. Иначе крыша поедет», — сказал я.
«Спасибо, Женя», — ответил напарник.
«Что от меня нужно?»
«Скажи, что готов допустить меня к данным своих рецепторов для формирования картины виртуальной реальности», — сказал он.
«Обязательно так сложно?» — уточнил я.
«Нет. Главное, чтобы смысл понятен был».
Немного подумав, я сел на решётчатый пол. Потом лёг и произнёс вслух, чувствуя себя донельзя глупо:
— Я разрешаю своему напарнику Васе создать иллюзию пребывания в других условиях.
Ничего не произошло.
«Ну?» — мысленно спросил я.
«Что — „ну“? Ещё два раза надо! Говорю же — предохранители!» — ответил Вася.
Я вздохнул.
— Настоящим высказыванием дозволяю Васе, своему напарнику, погрузить меня в иллюзорную виртуальность.
Пауза, пока я собирался с мыслями.
— Говорю это, чтобы разрешить Ваське задурить мне голову виртуальными мирами.
«Эй! — воскликнул Вася. — Вот это точно лишнее было!»
Однако же свод пещеры надо мной померк. Его сменила глубокая лазурь летнего неба. Воздух был сухим и жарким, насыщенным запахом хвои и, кажется, морской соли. Я приподнялся и огляделся. Вокруг был сосновый лес, в центре — большая поляна, журчащий ручеёк рядом. А чуть дальше, на вертикальной скале примостился белый футуристический дом: плоская крыша, прямые углы, огромные окна. К нему вела извилистая белая лестница без перил.
Я выпрямился, потом встал. И обнаружил, что одет лишь в простые серые шорты и белые матерчатые кроссовки.
— Привет, Женя, — послышался из-за спины знакомый голос. Я резко обернулся.
