Тёплая птица полностью

            -Много веков назад здесь находились кельи, седые старцы молились за царя и отечество и вели летопись эпохи.

             Впереди блеснул огонек свечи.

            -Букашка, - окликнула Марина. – Это мы.

            Букашка приблизилась. В тусклом свете сального огарка она показалась мне одним из тех старцев, которых упомянула моя женщина.

              -Снегирь вас ждет, - негромко сказала Букашка. Она достала из-за пазухи вторую свечу, зажгла. – Возьми, Марина.

            -Спасибо, Бука.

            Мы двинулись вперед. Свод был такой низкий, что мне пришлось нагибаться. Букашка не пошла с нами, а, найдя у стены приставную лестницу, вскарабкалась по ней до светлого пятна на потолке и исчезла в нем. Должно, отправилась искать своего дружка – Киркорова.

            -Это здесь, - Марина остановилась у деревянной двери, округлой сверху. Постучала.

            -Пришли? Проголодались?

            Рыжебородый детина, похоже, не был рад нам. Кроме него, в келье находился Вовочка, а еще - многочисленные ящики, мешки, бочки.

            -Проголодались, - жизнерадостно ответила Марина. – И нам положен доппаек.

            -Доппаек? – Снегирь скорчил на лице болезненную мину. – Да, кажется, Христо говорил…

            -Не кажется, а точно говорил, - вставил Вовочка безразличным тоном. – Дай им что положено, Снегирь, не жмись.

            -Не жмись, не жмись. Запасы что - бесконечные?

            Ворча, Снегирь извлек из ближайшего ящика два черных пакета. Один протянул мне, другой – Марине.

            -Здесь по две банки, - сообщил он, сглатывая слюну.

            -Эх, Снегирь. - вздохнул Вовочка. – Ты снова запамятовал, что Христо приказал выделить Андрею экипировку. Не дело ему расхаживать по резервации одетым по-дикарски.

            -Ничего я не запамятовал, болтун, - обиделся Снегирь. – Вот, - небрежным жестом он протянул мне тяжелый холщовый мешок. – Полный комплект, включая оружие.

            У Марины в распоряжении была собственная келья: кровать, печка-буржуйка, на стене - треснувшее зеркало. Мы примостились на кровати.

 Нетерпеливым движением я распаковал пакет: две жестяные банки без этикеток, с десяток ржаных сухарей, а так же нечто сухое, красноватое, похожее на корешки дерева.

            -Сушеный кальмар, - пояснила Марина.

            Я взял в руки одну из банок.

            -Ананасы?

            Вспомнились Джунгли, наше, кажущееся бесконечным, путешествие.

            -Лучше, - Марина протянула мне нож. – Открой и попробуй.

            Я вскрыл крышку. Терпко и пряно пахнуло мясом. Подцепив из банки небольшой кусок, отправил в рот. Марине явно доставляло удовольствие созерцать мою  физиономию.

            -Что это?

            -Это тушенка. Как говорит Снегирь, драгоценная тушенка. – Марина засмеялась. – Возможно, одна из последних банок в резервации, а остатки - сладки. Даже стрелки уже перешли на тварку и концентрат.

            Марина открыла свою банку и, взяв сухарь, стала есть.

            -Ешь с хлебом - так быстрее насыщаешься, - жуя, проговорила она. – Учти, паек – на целую неделю.

            Свечка горела ровно, бросая на стены кельи световой круг. Как там сказала Марина? Старцы, ведущие летопись эпохи? Я представил, как сгорбившись, один из них сидит у свечи и кропотливо и бережно заносит в толстую, обшитую кожей книгу события и людей. Но вот дверь кельи отворяется и входит Царь ( Кремль так близок к Храму!), он тоже старец, но борода у него не седая, а рыжеватая. Царь что-то тихо говорит летописцу, словно просит  о чем-то. Летописец скорбно качает головой. Царь начинает кричать, распаляться и вдруг … обрушивает набалдашник своего посоха на голову старика! Страницы недописанной книги заливает кровь…

            Марина доела тушенку и положила пустую банку в пакет.

-Андрей, давай посмотрим, что за экипировку тебе выделил Христо?

По голосу было ясно – ей интересно. Я пожал плечами: «Действуй».

 За годы скитаний по Джунглям у меня выработалось убеждение: то, что надето на мне, – оптимально для выживания.

-Ух, ты!

Марина вытащила из мешка короткое кожаное пальто с высоким воротником.

 -Наверное, Снегирь нарыл в развалинах музея, - сообщила Марина.

Кроме пальто в мешке оказались ботинки на высокой платформе с толстыми носами, усиленными металлической пластиной.

-Настоящие гриндера! – восхитилась Марина. – Христо явно благоволит к тебе.

Свитер, попорченный молью, промасленные джинсы с сохранившимся значком на поясе “D&G”, противогаз, перчатки, и, самое главное, - пистолет, а к нему – патроны.

Скажу честно, содержимое мешка по-хорошему удивило меня. Да к тому же могу ли я, в самом деле, разгуливать по резервации в тряпье игрока?

Я стянул через голову старый свитер, изрезанный заточками и клыками, пропитанный моей кровью и слюной тварей. Увидел: Марина стоит рядом со мной, зеленые глаза слегка поголубели – колдунья!

-Я рада, что ты простил меня, Андрей, - прошептала она, касаясь пальцем застарелого шрама в виде буквы «С» у меня на груди.

Я обнял свою женщину, поцеловал – ее губы пахли тушенкой.

Марина вдруг заплакала.

-Я рада, что ты простил меня, Андрей.

Собаки повизгивали, приседая так, что шерсть на груди утопала в снегу. Шесть пар глаз сверкали в сумерках.

Сильные, лоснящиеся от сытости животные. Чем Снегирь их кормит?