— Совершенно верно. Приношу свои извинения. — Ровена стала намазывать бри на крекер, затем постучала пальцем по колоде карт Таро. Вокруг них возник светящийся ореол, затем погас. — Теперь они безопасны. Упражняйтесь в предсказаниях, если хотите. Возможно, у вас даже обнаружится дар.
— Вы… — Зоя поджала губы. — Если бы вы не пришли…
— Я хочу и обязана уберечь вас от беды. Когда смогу и если смогу… А теперь мне пора уходить. Не буду вам мешать. — Ровена встала и обвела взглядом комнату. — У вас милый дом, Мэлори. Вам он очень подходит.
Мэлори с усилием выдохнула. Почему-то она чувствовала себя глупой девчонкой.
— Может быть, останетесь? Вы не допили вино. И крекер не съели…
Ровена выглядела немного смущенной.
— Вы очень любезны. С удовольствием. Я очень давно не была в женской компании. Мне ее не хватало.
Злость у Мэлори сменилась удивлением — богиня, прожившая несколько тысяч лет, сидит с ними в одной комнате и пьет вино.
Они принялись за трюфели, и вскоре стало ясно, что все женщины — и богини, и смертные — в сущности, одинаковы.
— Я редко этим занимаюсь, — призналась Ровена, когда Зоя принялась укладывать ее гриву в элегантную прическу. — У меня не очень хорошо получается, и обычно я просто оставляю волосы распущенными. Иногда подрезаю, но мне всегда их жалко.
— Не каждая может сохранять такой царственный вид. Тем более со столь простой прической.
Ровена рассматривала себя в ручное зеркало, пока Зоя трудилась над ее головой, затем чуть наклонила его, чтобы взглянуть на саму Зою.
— Какая у вас красивая стрижка! Просто великолепная.
— А что вас останавливает? Я хочу сказать, что, если бы вы захотели изменить внешность, было бы достаточно… — Зоя щелкнула пальцами, что вызвало у Ровены смех.
— О! Как раз это у меня получается!
— А что Питт? — спросила вдруг Дана. — Какая у него роль?
— Он телохранитель. Воин. Гордый, смелый, сильный. Питт волнует меня, просто сводит с ума. — Ровена опустила зеркало. — Вы настоящий художник, Зоя.
— Я люблю экспериментировать с волосами. — Она встала перед Ровеной и высвободила с обеих сторон несколько прядей. — То, что надо для деловой встречи и подойдет для развеселой вечеринки после вручения «Оскара». Сексуально, женственно, неотразимо. Хотя в вас все это есть и без моих стараний.
— Прошу прощения, но я не могу не спросить, — опять вмешалась Дана. — Что чувствуешь, когда живешь с одним мужчиной… практически вечно?
— Никакого другого мужчины мне не нужно, — ответила Ровена.
— Неужели? И за последние пару тысяч лет вас не посещали мысли о других мужчинах?
— Разумеется, посещали. — Ровена отложила зеркало, и на ее лице появилась мечтательная улыбка. — Был один юный официант в Риме. Какое лицо, фигура! А в его темных глазах могла утонуть целая вселенная. Принес мне кофе с рогаликом. Называл «белла донна» и многозначительно улыбался. Кусая рогалик, я представляла, что это его нижняя губа…
Ровена потупилась, а потом рассмеялась.
— Я рисовала его у себя в студии и позволяла беззастенчиво флиртовать со мной. А когда прогоняла после сеанса, сразу отрывала Питта от его занятий, даже самых важных, и… соблазняла.
— Вы никогда его не обманывали.
— Я люблю своего мужчину, — просто сказала Ровена. — Мы связаны — телом, сердцем, душой. — Она накрыла ладонью руку Зои. — Вы любили мальчика, и он подарил вам сына. И за это вы всегда будете его любить, несмотря на то что он оказался слабым и предал вас.
— Саймон — это весь мой мир.
— И вы сделали этот мир светлым, наполнили его любовью. Я так завидую вашему ребенку! И вам… — Ровена встала и провела пальцами по волосам Даны. — Вы любили того, кто уже перестал быть мальчиком, но еще не превратился в мужчину. И не смогли простить его за это.
— Почему я должна прощать?
— Интересный вопрос, — ответила Ровена.
— А я? — спросила Мэлори.
Ровена присела на подлокотник дивана и дотронулась до ее плеча.
— Вы очень любите мужчину, и эта страсть настолько сильна и внезапна, что вы сомневаетесь в собственном сердце. Поэтому и не доверяете своему мужчине.
— Как я могу доверять тому, кого совсем не знаю?
— Вы не найдете ответа, пока будете задавать себе этот вопрос. — Ровена наклонилась и поцеловала Мэлори в лоб. — Спасибо, что открыли передо мной дверь своего дома, спасибо за откровенность. Вот, возьмите.
Она протянула руку, и Мэлори увидела на ее ладони бледно-голубой камень.
— Что это?
— Амулет. Положите его ночью под подушку, и ваш сон будет безмятежным. Мне пора. — Ровена улыбнулась, тронула свои волосы, встала и направилась к стеклянной двери. — Интересно, что Питт скажет о моей прическе. Спокойной ночи. — Она открыла дверь и исчезла в ночи.
Выждав три секунды, Зоя бросилась к двери и прижалась лицом к стеклу.
— Ничего себе! Я думала, Ровена растворится в воздухе или что-то в этом роде, а она просто идет. Как обычная женщина.
— Ровена и выглядит обычной. — Дана потянулась за попкорном. — А ведь она богиня, которой несколько тысяч лет…
