Снова слишком задумался и не заметил, как израсходовал лимит. Вместо того, чтобы глазеть на капли, следовало зачерпнуть пасту с какими-то мелкими включениями, которую на корабле использовали вместо более привычного ему твёрдого мыла, и намазать на тело. Этим и занялся, непроизвольно морщась от холода. Интересно, сколько он так простоял. Должно быть, долго. И ладно. Бак снова успеет наполниться.
А задуматься было о чём. Сегодня впервые за всё время знакомства с Астер он уловил с её стороны чувственный отклик. И пытался как можно более беспристрастно (насколько он вообще в состоянии беспристрастно думать об этой женщине) проанализировать, что это было. Может быть, хвалёный иммунитет уроженцев Норга перед священниками не такой уж и полный. Возможно, при высокой интенсивности и длительности воздействия (а ни на ком в жизни Джегг прежде не зацикливался так страстно и так надолго), какой-то эффект всё-таки имеет место. И тогда в Астер он вызвал эхо собственных чувств. В пользу этой гипотезы говорила и краткость импульса, и близкая тональность, резонирующая с его собственной.
И всё же… как он имел возможность воочию убедиться, Астер не подросток, а взрослая женщина. Ладно, пускай ещё не слишком зрелая, но в Серебрушке год за два, если не за три идёт. Инженер вполне способна подавлять физическое влечение из практических соображений. Так что не исключено… (даже в собственных мыслях Джегг подбирал самые осторожные формулировки), что вспышка её желания имела естественную природу.
— Не льсти себе! — проворчал внутренний голос. Но Джегг его проигнорировал. Будем объективны: Астер он как минимум не противен. Более того, ей приятны его прикосновения — в этом он не сомневался, так как неоднократно улавливал эхо удовольствия, которое сам же и доставлял. Продлись их взаимное влечение мгновением дольше, он взял бы её прямо в тренажёрном блоке: подхватил бы, прижал к себе, накрыл её рот своим, и, он уверен, Астер не оттолкнула бы — напротив, её ноги обхватили бы его за пояс, руки обвили шею, а губу отвечали на его поцелуи.
— Если б ты не впал, как обычно, в ступор, всё бы так и было, — съехидничал внутренний голос, и на этот раз Джегг с ним согласился. Да. Он в самом деле глубоко задумался о природе чувств Астер в тот самый момент, когда их ощутил.
Потому что ответ на этот вопрос слишком важен. Если его близость влияет на неё, как на прочих, пусть и в более лёгкой форме, на Большом Псе Ориона Джеггу придётся пересесть на другой корабль и смириться с одиночеством на всю последующую жизнь.
Джегг с размаху саданул кулаком в стену перед собой и прикусил губу. Больно.
Он включил воду и принялся яростно смывать с себя слабо пенящуюся пасту.
Но что, если нет? Если Астер сознательно избегает физической близости? Он ведь всю жизнь избегал.
— Ты чёрный священник, — возразил внутренний голос. — А она нормальная молодая женщина. Совершеннолетняя. И свободная. Ей-то с чего себя этих радостей лишать?
— Может, с того, что до сих пор мужчины приносили ей только разочарования? — ответил Джегг самому себе. — Друг детства, тихо сбежавший в другой рукав, отец, в качестве эмоциональной поддержки молча заблокировавший счёт, разудалый центурион, едва не взорвавший собственный реактор.
О том, чего она во время учёбы в академии насмотрелась, Джегг даже думать не хотел.
Какой бы ни была причина сдержанности Астер, её предстоит выяснить. И устранить прежде, чем кидаться на девушку со страстными объятиями. Ведь в противном случае даже если она его не оттолкнёт, даже если вместе им будет так хорошо, как никогда не было прежде, потом, когда эмоциональный всплеск уляжется, Астер подумает о нём, как о допущенной слабости. И пожалеет о случившемся. И станет снова избегать Джегга.
А этого он не намерен больше допустить.
Корабль с красивым названием «Скакун» имел код принадлежности Легиону Большого Пса Ориона, а потому Астер не удивилась, когда с него поступило указание лечь в дрейф и принять стыковку. Джегг об этом предупреждал, так что инженер безропотно подчинилась — тут их юрисдикция, легионеры имеют право на выборочные проверки, а прицепиться им особо не к чему — даже в тайниках сейчас ничего предосудительного или запрещённого к ввозу в эту систему нет. На Большом Псе всё равно собирались на ремонт и профилактику в док становиться, Астер изучила требования планеты и подготовилась.
«Скакун» затребовал первый протокол встречи, так что в стыковочном шлюзе присутствовали все шестеро обитателей «Гибралтара». Когда из корабля легионеров вышла триада в сопровождении двух громадных контейнеров, в помещении стало совсем тесно.
— Чёрный священник Джегг, — прайм триады безошибочно выбрал человека, которому адресовал вежливое приветствие: полупоклон с прижатым к груди кулаком. То ли потому, что Джегг стоял чуть впереди, со сложенными за спиной руками и слегка высокомерным выражением лица, то ли загодя успел ознакомиться с его физиономией благодаря Стелии.
— Прайм, — Джегг не менее вежливо поклонился в ответ.
