Однако лапать Астер руками сейчас было бы форменным безумием. Ещё большим безумием, чем находиться с ней здесь, за пределами колонии, в священном Хампи. Джегг не вполне твёрдо понимал даже, как они оказались тут: сознание сопротивлялось цепочке иррациональных решений, смазывая их в блеклую последовательность слайдов: какой-то притон, какой-то разговор, двухколёсная конструкция с длинным сиденьем наверху… купил он эту штуку или угнал? Джегг не помнил. Помнил только удивлённое лицо Астер:
— Ты… умеешь таким управлять?
И свой рассеянный ответ:
— Я и грузовой платформой управлять не умел.
Несколько неуверенных виражей — и её испуганный вскрик, когда он на ходу подхватил её и усадил впереди себя. Наверное, сзади было бы правильнее. Но он хотел, чтоб её волосы щекотали ему лицо. Чтоб на особенно крутых поворотах она прижималась к его груди.
Один, второй, третий ориентир… брешь в заборе. Кто-то в притоне о ней говорил. И вот они уже мчатся по каменной дороге, древней и безупречной.
Всё это произошло потому, что, немного успокоившись после ссоры, когда Джегг уже поймал похожего на большого жука почтового робота, загрузил в него покупки и настроил ему маршрут до гостиницы, Астер сказала, что хочет в место, где много деревьев и мало людей. Она искала на карте городской парк. Но Джегг подумал о колонистах, фестивале, блюдущих порядок легионерах и историке, который обязательно встретится где-то в толпе… Хампи казался очевидным выбором.
Впрочем… ничего плохого до сих пор не произошло. Священный город в самом деле великолепен. И Астер на него больше совсем не сердится. Идёт рядом. Задумчивая, нежная. Надо заговорить с ней о чём-нибудь. Потому что если он сию секунду не отвлечётся, то в следующую секунду просто прижмёт девушку к себе, чтоб она, наконец, почувствовала, какое впечатление производит на него. И загадка наличия этого проклятого аваша, наконец, разрешится.
Но Джегг тогда точно останется без глаз.
— Могу я задать тебе личный вопрос? — спросил он настолько нейтральным тоном, насколько мог.
— Да, конечно.
Астер охотно отозвалась на его реплику. Было стыдно, что сорвалась на него после бутика. Но Аади с таким уважением поглядел на Джегга, оплатившего её счёт, что Астер моментально почувствовала себя в роли наложницы в гареме местного шаха. Впечатление усиливалось ещё и тем, что при беседе с Аади чёрный священник говорил, стоял, смотрел и вообще держался точь-в-точь как какой-нибудь наследный принц (Астер повидала таких достаточно как сопровождая отца в деловых поездках, так и после… за время своей не очень длинной, но бурной карьеры). Это привело её в такое бешенство, что стоило им зайти за угол, она наорала на этого шейхе недоделанного. Конечно, не стоило. А уж пытаться залепить ему пощёчину после упоминания подарков от Эжеса… хм… Астер сама не знала, что на неё нашло. Давно не припоминала за собой таких эмоциональных реакций. То было настоящее бешенство!
Хорошо, хоть Джегг оставался совершенно невозмутим. Он поймал её за руку, плавно, будто в танце, положил её ладонь к себе на плечо, а саму её за талию притянул к себе, обнял. Его ладони ласкали ей спину, через тонкую ткань балахона, в который она переоделась, Астер ощущала тепло его рук. От них исходит какое-то особенное тепло, не навязчивое, как у жаркой звезды Ориона, а успокаивающее, нежное. Гнев улетучился, за ним улеглось и раздражение.
Она решила, что просто переутомилась на жаре. И предложила сходить погулять в какой-нибудь парк, покормить уточек или вроде того. Джегг кивнул, поговорил с несколькими людьми на языке, которого она не понимала, и едва не убился на каком-то местном средстве микромобильности. Открытая рама с двумя широкими колёсами и длинным седлом не внушала Астер какого-либо доверия.
— Ты… умеешь таким управлять? — спросила она Джегга, в надежде, что он откажется от этой затеи.
Да, тут всего две педали и рычаг на руле, но, будучи инженером, Астер прекрасно понимала, как много нюансов может быть в управлении самым простим на вид механизмом.
— Я и грузовой платформой управлять не умел, — легкомысленно ответил Джегг, нажимая на этот самый таинственный рычаг. Оказалось, он ненадолго включает гравитационную подушку. Полноценного полёта не выйдет, но преодолеть яму или другую неровность трассы — вполне.
Через пару виражей, когда он сколько-то уверенно научился держать равновесие, Астер собиралась дождаться, пока он спешится с этого механического чудовища и недвусмысленно заявить, что на этом никуда не поедет, чистое же самоубийство: полное отсутствие защитной кабины, ветер в глаза, а что, если на повороте занесёт?
Но Джегг у неё спрашивать ничего не стал. И останавливаться — тоже. Просто подхватил и усадил перед собой, как мифологический ковбой на только что объезженного мустанга.
Было ужасно страшно. Но интересно. Но страшно.
